Книга Найди меня в сердце ночи, Каноко, страница 39 – Лин Си Ён

Что-то большое мелькнуло на периферии зрения, Каноко с трудом повернула голову и снова уставилась прямо на драконью морду. Та была почти страдальческой, ей даже показалось, что ёкай закатил глаза.

«Такое ощущение, что агрессивный притеснитель здесь я», – недовольно подумала Каноко. Дракон медленно снижался, плавными волнами извиваясь в воздухе. Она уже медленно проплывала мимо окон четвертого этажа, как здание концертного зала вдруг содрогнулось, внутри стеклянного гиганта задребезжала сигнализация, а люди – те, что успели зайти внутрь, высыпали на улицу.

Каноко могла поклясться, что варианта всего два: либо она сошла с ума и ей показалось, что дракон застонал, либо он действительно чуть не хныкал.

Все так же вежливо ёкай распрямил хвост, давая Каноко возможность соскользнуть на землю, и чуточку подождал, пока она отбежит в сторону, к припаркованному мотоциклу. А затем ударил шипастым гребнем по глади асфальта. Раздался грохот, улица затряслась, асфальт – в том самом месте, куда ударил хвост, – вздыбился, ломаясь, будто сахарное печенье.

Люди бросились врассыпную. Зарычали моторы машин, заскрипели натужно шины, послышался девчачий визг, но Каноко не отрывала взгляда от дракона. Тот завис в воздухе, медленно поворачивая голову с гребнем. «Он кого-то ищет», – в этом она уже была уверена. Драконы не стонут и не закатывают глаза, а каппы не ходят с зажигалками. Если твоя жизнь зависит от влажности, открытый огонь – вообще худшее, что можно придумать. Эти ёкаи были слишком странными – даже для Каноко.

Дракон поднял хвост, прицеливаясь, и ударил почти что в парней, сбившихся в кучу около винтовой лестницы. «Хотят залезть на крышу, чтобы быть не на земле», – Каноко растянула губы в грустной улыбке. Лучшее, что можно было придумать, но вряд ли поможет. Дракон в состоянии землетрясение и рядом со зданием устроить, и то сложится карточным домиком, погребая под собой всех, кто не успел спрятаться.

Кажется, кто-то из парней тоже догадался – они закричали и кинулись в разные стороны. Каноко лишь услышала что-то вроде: «Харухи, туда!» и с непонятным удовлетворением поняла, что, кажется, была права в своих подозрениях. Ёкаи охотились именно за Казуо, и дракон, мгновенно вычислив жертву, полетел по улице именно за ним.

«Ну и чего ты стоишь? Думаешь, принц на белом коне сам себя спасет, без помощи прекрасной принцессы?» – внутренний голос очнулся от спячки и, бодрый и свежий, язвил в два раза больше.

Каноко вскочила на мотоцикл и выжала педаль газа, стараясь догнать Казуо до того, как дракон ударит снова. Недоёкай, непривычно растерянный, сначала шарахнулся от нее. Пытался что-то сказать, но дыхание у него и так сбилось: бежал он довольно быстро даже для «мутировавшего».

— Залезай. Я тебе помогу.

Голос из-под шлема звучал глухо, и среди шума подъезжающих сирен Казуо вряд ли разобрал отдельные слова. Но все же понял, уселся сзади и приготовился держаться крепче.

Дракон, который явно осознал, что добыча сбегает из-под носа, утробно зарычал. От этого звука становилось неподдельно страшно, но времени хныкать и бояться не было. Каноко крепче сжала руль, и мотоцикл понесся прочь.

Дорогу от дома до концертного зала она помнила по вечерней поездке с отцом и братом, да и успела посмотреть по карте перед тем, как отправиться сюда. Сейчас же мотоцикл несся просто вперед, и Каноко не имела ни малейшего понятия, куда именно. Надеялась лишь, что там не будет внезапного тупика.