Книга Симбиоз. Моя чужая вина, страница 41 – Майя Фабер

— Моих поклонников так сразу не услышишь. Эти ребята явно не стремятся остаться незамеченными.

Том заметил, как нервно она поправляет прядь волос, и почувствовал странное желание защитить ее от всего этого хаоса.

— Что вообще случилось? Почему ты оказалась у меня?

Чарли выдохнула и с явным раздражением бросила:

— Я решила, что у тебя будет безопаснее. Увидела этих типов в окно и не смогла отделаться от паранойи. Сначала подумала, что они пришли ко мне — точнее, к идиоту-хозяину, потому что квартира буквально забита всякими нелегальными штуками, — и была уверена, что ищут именно его. Я спряталась у тебя, чтобы переждать. Но эти ребята вошли именно в твою квартиру, уверенно так, будто у них был ключ. Пришлось реагировать.

Том удивленно вскинул бровь:

— Реагировать?

Она нехотя призналась, почти с вызовом:

— Ну да, пришлось немного наорать на них. Сказала, что я ответственная за подъезд и проверяю жалобы на запах гари. Они такого явно не ожидали и выставили меня за дверь, посчитав сумасшедшей.

Том подавил смех, представив сцену противостояния, и лишь едва заметно фыркнул:

— Не ожидал от тебя таких героических подвигов.

— Пошел ты, — бросила она в ответ, но губы ее дрогнули в едва сдерживаемой улыбке. — Главное, я жива.

Том кивнул. Он знал, кто это мог быть — слишком уж хорошо сложился пазл из угроз Винса и внезапных посетителей. Проклятый коммуникатор, выдававший его местоположение.

— И ты не подумала отправить мне сообщение? — спросил он почти без укора, больше удивляясь, чем злясь.

Чарли раздраженно вздохнула, шагнула ближе и ткнула пальцем ему в грудь:

— Я отправила тебе около сотни сообщений, Том. Только у тебя, похоже, комм выключен.

Ее лицо оказалось так близко, что Том на мгновение забыл, как дышать. Он виновато опустил взгляд, мысленно чертыхнувшись.

Чарли снова отвернулась, нервно прикусив губу:

— Прости, я не знала, что делать.

Том осторожно положил руку ей на плечо — Чарли вздрогнула, но не отстранилась — и спросил:

— Оружие есть?

Чарли повернулась к нему, глаза ее странно блестели, и Том поймал себя на мысли, что готов защищать ее ото всего на свете.

— Нет. А может, вообще туда не лезть? Там же ничего нет. Пойдем отсюда.

Том покачал головой:

— Там моя сумка. Придется лезть за ней.

— Что в ней такого ценного? Я тебе новую куплю.

— Там моя жизнь, Чарли. Это сложно заменить.

Дверь Том оставил приоткрытой, и из глубины подъезда донеслись приглушенные голоса. Он нахмурился и торопливо шагнул на кухню, лихорадочно перебирая почти пустые полки в поисках хоть чего-то полезного. Дрожь прошла по телу, когда пальцы наткнулись на длинный нож. От холодной стали он поморщился, будто коснулся чего-то грязного и мерзкого. Слишком много шрамов, слишком много боли — воспоминания тут же ожили, вспыхнули, обожгли.

Он вернул нож на место и шумно выдохнул, услышав позади осторожные шаги Чарли.

— Ничего подходящего? — голос ее звучал напряженно, но с оттенком иронии.

— Лучше без ножей, — хмуро бросил он, не оборачиваясь.

Чарли не стала спорить, только нервно теребила край куртки, которую успела натянуть, наблюдая за тем, как он одним движением отрывает тонкую металлическую ножку у шатающегося столика.

— Гениально. Собрался драться или чинить мебель? — Сарказм в ее голосе хоть как-то сгладил нервозность.