Книга Дракон без лица или вдова для дракона, страница 124 – Елена Байм

Слезы брызнули из глаз:

— Я люблю Хитэма! Слышишь? Отстань от меня! Пусти!

Мужчина напрягся. Весь, каждой мышцей. Его хватка ослабла, однако он не отпустил меня.

И низко грудным, рокочущим шепотом прохрипел:

— Повтори…

Я замерла.

— Что?

— Повтори то, что сказала. — В голосе звучали странные ноты, будто он был неожиданно удивлен и поражен.

Я ничего не понимала, но на всякий случай повторила:

— Уходи немедленно, Джерри! Как ты вообще посмел лечь ко мне голым в постель?!

— Нет. — Он приподнялся на локте, и я увидела в полумраке очертания широких плеч. — Другое. Повтори другое.

— Какое другое? — Я смутилась. Сердце чаще забилсь.

— «Я люблю Хитэма», — процитировал он. — Повтори это.

Голос был слишком низким, непохожим на голос Джерри. Он скорее напоминал… голос барона.

Но барон уехал! Я сама видела из окна, как он сел в карету и укатил. Оставил меня. Предатель!

Но почему тогда мое сердце так учащенно бьется? Почему этот мужчина напоминает его?

Я высвободилась из его хватки, он не сопротивлялся, только поддерживал меня за локоть, чтобы я не упала, когда сползала с кровати. Ноги дрожали, но я добежала до стола и дрожащими руками активировала магический светильник.

Теплый золотистый свет залил комнату.

Я обернулась… и ахнула.

На кровати сидел Хитэм Морвейн.

Или не он….

Потому что у моего Хитэма было обожжено пол-лица — страшные шрамы, стянутая кожа, искаженная улыбка. А передо мной сидел мужчина, которого я раньше не видела. Настоящий красавец. Правильные черты лица, гладкая кожа, волевой подбородок, темные глаза, в которых плясали отблески света.

— Люсьена… — сказал он тихо. — Не кричи. Это я. Я пришел, как только смог.

Он слез с кровати. Встал во весь рост — совершенно обнаженный, без капли смущения. Огонь камина играл на его мускулах, высвечивая каждый изгиб. Он был прекрасен…

Пока я стояла с открытым ртом мужчина подошел к столу. Взял огромный букет цветов- алые розы, перевязанные широкой лентой. Потом полез в карман камзола, висевшего на спинке стула, и достал фамильный перстень, тот самый, который он надевал мне на палец в нашу первую ночь.

Я продолжала стоять, разинув рот, и ничего не понимала.

А этот красавец, отдаленно напоминающий моего Хитэма, подошел ко мне, опустился на одно колено, протянул букет и произнес:

— Дорогая Люсьена, прости меня, дурака. Выходи за меня замуж. Обещаю, я буду носить тебя на руках всю оставшуюся жизнь.

Он помолчал. Но вдруг его зрачки вытянулись и стали золотыми.

— И… я очень благодарен тебе за сына.

Я смотрела на него… на цветы… на его красивое лицо без единого шрама.

— Х-Хитэм? — выдавила я, наконец, заикаясь.

Он напрягся. Нахмурился. Его взгляд стал встревоженным.

— Ты меня забьыла? Не можешь простить? — Он горько усмехнулся. — Да, я понимаю. Я порой вел себя как последний идиот. Но уверяю тебя, я изменился.

— Это точно ты, Хитэм? — Я шагнула вперед. Букет выпал из моих рук и упал на пол. Я протянула руку и коснулась его щеки. Пальцы скользнули по гладкой, теплой коже. Ни одного шрама.

— Как такое возможно?

— Что? — Он удивленно посмотрел на меня. Потом, видимо, что-то увидел в моих глазах, потому что развернулся и подошел к зеркалу.

И тут же выругался — грязно, с чувством, так, как умел только он.

— Проклятие…