Книга Развод с драконом. Хозяйка его сгоревшей клятвы, страница 6 – Лилия Романова

Так не должно было быть.

При сожжении имена гасли вместе, сплетаясь в пепел расторгнутой клятвы. Но сейчас верхняя строка — Кайрен Дарр — дрогнула и словно отступила вглубь металла. А моё имя вспыхнуло ярче.

Мирана Дарр.

Не Эш.

Дарр.

Орен резко втянул воздух.

Кайрен шагнул к алтарю.

— Что происходит?

Никто не ответил.

Огонь поднялся выше, закрывая пластину целиком. В нём мелькнули образы — слишком быстрые, чтобы понять: зал нашей свадьбы, моя рука в его руке, печать дома Дарров над дверью, тёмный коридор, чья-то ладонь над записью, капля алого света на краю чужого перстня.

Иллара побледнела.

Впервые по-настоящему.

— Это искажение, — сказала она. — Огонь искажён.

Орен даже не посмотрел на неё.

— Огонь Палаты не искажается.

Пластина треснула.

Звук был тихим, но мне показалось, что он прошёл по костям каждого в зале.

Потом брачная клятва сгорела.

Не вспыхнула яркой вспышкой, не рассыпалась искрами, не ушла в чашу алтаря, как должна была. Она почернела по краям, свернулась, стала тонкой, как высохший лист, и превратилась в пепел.

Серебристо-чёрный.

Живой.

Он поднялся над огнём лёгким вихрем. Все смотрели, как пепел кружит над чашей. Сейчас он должен был разделиться: часть уйти в родовой знак Кайрена, часть исчезнуть в Палате, подтверждая расторжение.

Но пепел не пошёл к нему.

Кайрен протянул руку по старому праву главы рода.

Пепел завис.

На одно мгновение мне показалось, что зал перестал дышать.

Потом вихрь резко повернул ко мне.

Я не успела отступить. Даже не подумала. Пепел слетел с алтаря и лёг мне на раскрытые ладони — тёплый, невесомый, светящийся изнутри едва заметными алыми прожилками.

Моя брачная печать вспыхнула.

Не исчезла.

Раскрылась.

По коже от запястья к пальцам побежали тонкие линии, похожие на трещины в чёрном камне, через которые проступал огонь. Я не вскрикнула. Только смотрела на свои руки и не понимала, почему не чувствую страха.

Потому что в этот миг огонь не забирал.

Он возвращал.

— Уберите это с неё, — приказал Кайрен.

Но никто не двинулся.

Орен Сайр стоял бледный, как полотно. Посох в его руке дрожал. Старшие Дарры молчали. Свидетели смотрели на меня уже не как на отвергнутую жену.

А как на нечто невозможное.

Иллара сделала шаг назад.

Очень маленький.

Но я увидела.

Кайрен тоже увидел.

— Хранитель, — его голос стал низким, опасным, — объясните.

Орен медленно перевёл взгляд с моих ладоней на алтарь, потом на Кайрена. И только после этого — на меня.

В его глазах было то, чего я меньше всего ожидала увидеть в этот день.

Не жалость.

Не осуждение.

Страх.

— Это невозможно, — произнёс он хрипло. — Сгоревшая клятва признала хозяйкой её.

Я смотрела на свои ладони и не сразу понимала, почему после этих слов в зале стало так тихо.

Пепел лежал на коже тонким серебристо-чёрным слоем. Он не пачкал пальцы, не осыпался, не оставлял следов на ткани платья, хотя я машинально попыталась сжать руки и спрятать их в складках юбки. Не вышло. Алые прожилки вспыхнули ярче, будто огонь под кожей не хотел, чтобы его снова заставили молчать.

Моя брачная печать не исчезла.

Она изменилась.

Раньше это был знак принадлежности к дому Дарров — тонкая огненная нить у запястья, которую я прятала под рукавами на приёмах, потому что всякий раз, когда старшие женщины рода смотрели на неё, мне казалось: они проверяют, достаточно ли я достойна носить их имя.