Книга Волчья ягодка, страница 84 – Виктория Рогозина

Так и началось. Сначала один, потом ещё пара студентов. Кто-то хотел маленькую надпись на ключице, кто-то символ на лопатке. Я аккуратно, но с удовольствием принимала их — после универа, по записи, без всякой суеты.

Я ловила себя на мысли, что мне действительно хорошо. Жизнь, шаг за шагом, медленно, но всё же начинает выстраиваться в правильную сторону.

На перемене мы с Оксаной устроились у окна в коридоре — солнце било в стекло, воздух пах кофе и свежими булочками из буфета. Она, как всегда, выглядела безупречно: короткие тёмные волосы мягко обрамляли лицо, на губах лёгкая помада, глаза прятались за красными очками в золотой оправе. На ней был строгий чёрный пиджак поверх белой рубашки, пара золотых цепочек на шее и уверенность — такая, какая даётся не макияжем, а внутренним спокойствием.

— У меня проблема с материалом, — призналась я, листая конспекты. — В интернете пусто, ссылки ведут в никуда. Такое ощущение, что по этой теме просто ничего нет.

— Я помню один учебник, — спокойно ответила Оксана, забирая мой блокнот. — Вот название, не знаю насколько поможет, но хотя бы поймёшь от чего отталкиваться.

Она быстро набросала строчки красивым, ровным почерком, потом достала телефон и пробила название.

— Есть только в одном магазине, — сказала она, поворачивая экран ко мне. — На Ленинском проспекте.

— Это ж переться через весь город… — я вздохнула. — Придётся ехать в выходные. Или лучше в пятницу, сразу после пар.

— В пятницу, — кивнула Оксана. — Меньше людей, да и ты не будешь весь выходной тратить на дорогу.

Мы еще немного обсудили курсовую. Оксана объяснила, как она строит теоретическую часть, показала план — всё у неё чётко, логично, будто заранее продумано до мелочей. И что удивительно — при всей её «глянцевости» и родителях, известных на весь мир, в ней не было ни тени снобизма. Она слушала, советовала, смеялась, иногда брала для меня кофе в знак поддержки.

— Главное, не переживай, — сказала она напоследок. — Найдёшь материал, напишешь лучше всех. Ты ведь всегда всё доводишь до конца.

И в этот момент я подумала, что, пожалуй, хорошо, что у меня появились такие люди рядом.

С Оксаной было удивительно легко — редкое ощущение, когда рядом с человеком не нужно подбирать слова или притворяться. Мы часто обсуждали лекции, спорили о методах преподавания, делились конспектами и даже смеялись над тем, как некоторые преподаватели путаются в собственных презентациях. Мы были в чем-то похожи — педантичные, усидчивые, внимательные к деталям. Как бы сказал Волков, «собрались две заучки».

Кстати, о Волкове. Попрощавшись с Оксаной у входа в корпус, я поспешила в спортзал. Там, за стеклянной перегородкой, кипела жизнь: глухие удары по груше, шлепки тел о маты, выкрики тренера. Воздух пропитан потом, адреналином и звоном спортивной злости.

Я поднялась на балкончик и склонилась к перилам. Внизу, у стенки, стоял Феликс. Он наносил удары по груше — точные, сильные, будто отмеренные секундомером. Мышцы под футболкой играли, движения были отточены до совершенства. Какая мощь… какой контроль.

Мне нужно было его предупредить — всего лишь сказать, что в пятницу он может не приезжать за мной после работы. Маленькая деталь, но почему-то именно она сейчас казалась важной.