Книга Снежная Принцесса Для Дракона, страница 43 – Алекса Рид

Прежде чем я успела что-либо сказать, понять, осознать, он перекинул меня через плечо, усадив к себе на спину, как ребёнка. Мои ноги инстинктивно обхватили его по бокам, руки впились в его плечи. — Крепче! — скомандовал он.

Мы набирали высоту.

Это не было похоже ни на что, что я могла себе представить. Не плавный подъём, а мощный, стремительный рывок вверх, когда его крылья с громким, упругим хлопком распрямились и ударили по воздуху. Ветер, который до этого лишь свистел, теперь оглушительно заревел в ушах, вырывая из груди крик, который я даже не поняла — был ли это крик ужаса или восторга.

Я прижалась лицом к его спине, к тёплой ткани его плащя, чувствуя, как под ней играют мышцы, как синхронно работают могучие крылья. Через тонкую ткань я ощущала и их основание — гладкую, горячую кожу, переходящую в нечто невероятное. Я рискнула приоткрыть глаза и наклонилась чуть в сторону, чтобы увидеть.

Крылья. Настоящие. Огромные, больше его самого в размахе. Основание — кожистое, как у дракона из старинных гравюр, с тонким узором из темных прожилок и едва заметными переливающимися чешуйками у самых плеч. Но дальше, от середины и до самых кончиков. Черные, как сама ночь. Лунный свет ловил их, и они вспыхивали холодным, таинственным сиянием, как крылья ночной бабочки, но в тысячу раз мощнее.

Страх, сначала сковывающий, начал отступать, сменяясь потрясающим, дух захватывающим чувством свободы. Мы набирали высоту, и под нами поплыл мой дом — крошечный, игрушечный, укутанный в снежное покрывало. Потом поля, прочерченные тёмными линиями изгородей. Лес, превратившийся в бархатистое тёмное пятно, усеянное бриллиантовыми искорками снега на макушках елей.

— Смотри, — его голос донёсся сквозь рёв ветра, негромкий, но чёткий.

Я осмелилась поднять голову. Мы летели над замёрзшим прудом на краю наших владений. Лунный свет падал на идеально ровную, зеркальную поверхность льда, и она сияла, как огромный отполированный сапфир, вставленный в оправу из черного бархата леса. Снег на полях переливался миллиардами крошечных звёздочек. Весь мир внизу был безмолвным, чистым, прекрасным и… бесконечно далёким. Все мои проблемы, закон о браке, давление родителей, боль отказа — всё это осталось там, внизу, в этих крошечных домиках. Здесь, в небе, было только покачивание мощных крыльев, тёплая спина, режущий щёки холод и невероятное, щемящее чувство вростора.

Я не знала, сколько мы летели. Время потеряло смысл. Я просто была. Существовала в этом полёте, чувствуя, как что-то внутри, скованное и перемороженное, начинает потихоньку оттаивать.

Постепенно он начал снижаться, сделав широкий, плавный круг. Под нами снова проплыли огоньки поместья. Он направился к небольшой заснеженной поляне у опушки леса, недалеко от дома, и мягко, почти бесшумно приземлился, слегка присев на одно колено, чтобы смягчить удар. Крылья сложились за его спиной с мягким шелестом, похожим на падение тяжёлого шёлка.

Мои ноги подкосились, едва коснувшись земли. Я отступила на шаг, всё ещё держась за его плечо, чтобы не упасть. Мир вокруг качался, земля под ногами казалась неестественно твёрдой и неподвижной. Он выпрямился, повернулся ко мне. Его лицо было оживлённым, с румянцем на скулах от холода и полёта, глаза горели.