Книга Ты будешь моей, страница 65 – Ева Малиновская

Он подошёл ближе и опёрся локтями о перила рядом с ней. Под ним доски тихо скрипнули.

— Здесь почти никто не ходит ночью, — сказал он. — Хорошее место, когда хочется, чтобы никто не лез.

Ника повернула к нему голову.

Вот так, почти в темноте, он выглядел старше. Жёстче. Тише. И почему-то честнее, чем в университете.

Она вспомнила арену, раздевалку, коридор, парковку у травмпункта, его отца, свой собственный срыв. И вдруг поняла, что за последние двое суток рядом с ним она успела пережить больше, чем с кем-либо за последние месяцы.

Это пугало.

И затягивало.

Ника отвернулась к воде и медленно выдохнула.

— Алиса правда дочь партнёра твоего отца?

Марк не ответил сразу.

Он просто смотрел вперёд, на чёрную поверхность воды.

Потом коротко кивнул.

Этого было достаточно.

Ника не стала спрашивать дальше. Пока нет. Не здесь. Но само присутствие этой темы встало между ними как тонкая, холодная тень.

Он, видимо, тоже это почувствовал. Потому что через секунду взял её стакан, поставил рядом со своим и притянул Нику к себе за запястье.

Не резко.

Но без шансов сделать вид, будто это случайно.

Она оказалась между ним и перилами. Ветер бил в спину, а от него, наоборот, шло тепло.

Слишком знакомое.

Слишком притягательное.

Ника подняла глаза.

Марк смотрел так, будто весь этот вечер шёл именно к этой секунде. Не к кофе, не к воде, не к пирсу. К тому, чтобы наконец остаться с ней без лишнего шума вокруг.

Его ладонь медленно скользнула выше по её руке, к локтю, к плечу. Второй рукой он убрал волосы с её лица, которые ветер снова бросил ей на губы.

Ника не отодвинулась.

И это уже было ответом.

Он поцеловал её без предупреждения.

Не как в первый раз — срывом, вспышкой, по грани.

Теперь иначе.

Медленнее.

Глубже.

Увереннее.

Словно уже знал, что она не уйдёт.

Ника вцепилась пальцами в его куртку на плечах и сама шагнула ближе, чувствуя, как всё внутри плавится от этого тепла, от ветра вокруг, от его рук на талии.

Он притянул её ещё теснее, и доски под ногами тихо скрипнули. Поцелуй сразу стал жаднее. Живее. Она чувствовала его дыхание, шероховатость почти зажившей губы, запах кофе и холода.

Мир опять исчез.

Их прервали резко.

Где-то сбоку грохнула металлическая урна, а следом раздался смех и пьяный мат.

Ника дёрнулась первой.

Марк мгновенно развернул её за спину, закрывая собой.

По пирсу к ним шли двое парней. Молодые, явно выпившие, с пластиковыми стаканами в руках. Один что-то орал другому, второй пинал ногой пустую банку, и оба, заметив пару у перил, замедлили шаг.

Ника сразу почувствовала, как тело Марка рядом становится другим.

Собранным.

Холодным.

Готовым.

Ей это ощущение уже было знакомо по арене и по коридору.

Парни подошли ближе. Один свистнул, увидев их.

Марк даже не шевельнулся. Просто стоял чуть впереди Ники, слишком спокойно для человека, который ещё секунду назад целовал её так, будто сейчас потеряет голову.

Тот, что был ближе, пробормотал что-то неприятное и сделал ещё шаг.

Марк двинулся навстречу так резко, что тот сразу остановился.

Ника увидела только профиль — чёткую линию челюсти, тёмный взгляд, полное отсутствие какой-либо улыбки.

Воздух на пирсе натянулся.

Секунда.

Вторая.

Потом второй парень дёрнул друга за рукав, что-то пробурчал, и оба пошли дальше, уже не глядя в их сторону.