Книга Попаданка в академию, или руки прочь от меня, Дракон!, страница 4 – Энже Граф

Вот и сейчас я снова тут, в низине, у пруда. Быстро осматриваюсь по сторонам, убеждаюсь, что никого нет, скидываю с себя платье, оставшись в нижнем белье, и захожу в воду. Вода теплая, даже очень, но это лучше, чем ничего. Закрываю глаза и смотрю в небо, такое же сухое, как и вся земля вокруг.

— Вот ты где.

Проклятье! Не одно, так другое! На берегу пруда, рядом с моей одеждой, стоит мой названый братец, Дерр Карт, и ухмыляется. Пусть из всей ненавистной четверки он усердствовал в злопыхательствах меньше всех, предпочитая пускать на меня слюни издалека, но его присутствие тут, в месте, где я расслабляюсь, не может не испортить мне и без того паршивое настроение.

Иными словами: только его тут не хватало!

— Что тебе нужно? — спрашиваю я раздраженно.

— Матушка отправила тебя в огород, заговаривать растения, однако вместо этого ты прохлаждаешься тут.

А, так вот о чем говорила Дерр Мариадна!

— Сейчас приду, — отвечаю я, хотя больше всего мне сейчас хочется дать пенделя и ему, и ей.

— Не торопись, — отвечает Карт, — есть занятия намного интереснее, чем заклинать овощи…

Что он имеет… Ох… Вы что, издеваетесь?!

С расширенными от неверия глазами я смотрю, как мой названый братец озирается по сторонам, затем скидывает с себя рубаху, штаны и тянется к исподнему, чтобы остаться голышом.

И при этом он ни на секунду не сводит с меня горящего взгляда.

— Только попробуй, — предупреждаю я, — клянусь, сначала я оторву твой стручок, а потом утоплю тебя в пруду.

На мгновение он замирает, словно не верит в то, что услышал. Да, я знаю, настоящая Леенна принялась бы плакать и дрожать как осиновый лист — но я ведь не она. Я ведь и отгрызть могу.

— Ты… ты…

— Я, я, — подтверждаю.

И тут в его голове словно переключается тумблер, отвечающий за логику — и он снова ухмыляется этой своей паршивой ухмылкой:

— Я ведь знал… Знал, что вся эта скромность — просто показная. Что на самом деле ты просто набиваешь себе цену. Я ведь видел эти твои взгляды… Ты ведь сохнешь по мне…

И это внезапно становится последней каплей.

Приходит, наконец, осознание, что это не сон и я не проснусь. Что так и останусь в этом мире навсегда. Что выхода нет.

И от этого осознания во мне начинает закипать злость. За свою глупую смерть. За все мои труды, которые пошли насмарку. За этот непонятный мир. За семейство, что мне досталось. За борьбу за выживание, которую мне придется вести тут так, как будто мне ее было мало в моем мире. Ну что за проклятая судьба?! Разве мало я вкалывала в первой жизни? Разве мало страдала? Ну разве нельзя было меня хоть чуть-чуть пожалеть и, раз уж так необходимо было меня убивать и куда-то закидывать, то сделать это хотя бы в тело какой-нибудь принцессы?! В награду за труды и тяжкую жизнь, так сказать?!

Смотрю на братца, который вот-вот войдет в воду. На его тощее белое тельце. На огромные серые панталоны, которые он позабыл снять. На его масляные глаза и язык, постоянно облизывающий сухие губы. И чувствую ненависть. Бедная Леенна! Неужели вот это пыталось к тебе подкатывать? Удалось ли ему это? Хотя… Леенна исправно вела дневник, случись чего, она бы описала, что с ней произошло, или бы вовсе прекратила его вести. Значит, он не успел?

Даже если и так, то моей ярости это не отменяет.