Книга Попаданка в академию, или руки прочь от меня, Дракон!, страница 135 – Энже Граф

И тут, в момент наивысшей боли, меня вдруг обнимают со спины. Пораженно распахиваю глаза, но сомнений нет: это Дастан. Это его крепкие руки сейчас накрывают мои плечи и талию, это его грудь прижимается к моей спине, это его подбородок ложится на мое плечо. Я поворачиваю голову и встречаюсь с ним глазами. Он улыбается и шепчет:

— Осталось немного, Леенна. Я тебе помогу.

И он вливает в меня собственную магию и что-то еще. То мягкое покрывало, которое помогло мне вначале, возвращается. С новыми силами оно накрывает мои плечи, и две стихии, наконец, примолкают. Я чувствую, как тесно они обе переплетаются во мне, как одна нить стихии земли льнет и кружит вокруг нити стихии воды, и вскоре их поток свободно течет по моему изнуренному телу, освобождая меня, наконец, от боли.

И, как только боль отступает и я вновь могу дышать, я открываю глаза.

— Ррох… — выдыхает Руввана, — ты, наконец, очнулась…

Я сажусь. Голова идет кругом, в теле противная слабость, меня ведет. Едва не падаю. В тот же миг меня перехватывают чьи-то руки и аккуратно пристраивают на подушки в полусидячем положении. Моих губ касается стакан, и я делаю несколько глотков воды. Ммм, как восхитительно…

— Что ты тут делаешь? — спрашиваю я дракона, едва ко мне возвращается голос, — Где это мы? И… что вы все тут делаете?

Это незнакомое мне место. Не наша комната в общежитии, не какой-либо корпус Академии и, тем более, не Зал ритуалов. Но, что самое странное, тут действительно все: и мрачный, как дьявол, Руввана; и уставший Улур; и напряженный Саррон; и изможденная Диара; и даже Арсах, не сводящий с меня своих выжидающих, горящих огнем глаз.

— Мы в моем поместье в Ардоге, — выплевывает Руввана.

— В Ардоге? — удивляюсь я, осматриваясь. Довольно богатые — уж мне-то есть, с чем сравнивать, — но весьма холодные покои. — Почему именно тут?

— Потому что нам было некуда податься после того, как мы вытащили тебя из Зала ритуалов, — со вздохом поясняет рыжий, садясь под недовольными взглядами саллара и дракона ко мне на кровать. — Хотя я предлагал предать тебя земле, как положено.

— Предать земле? — ахаю я возмущенно. — С какой стати вы хотели меня захоронить?!

— Потому что ты умерла, — говорит Улур просто, — три дня назад. И, если бы не твой приятель-саллар, — он кивает на Арсаха, и Арсах даже не дергается, — утверждающий, что скоро ты откроешь глаза, сейчас бы ты была погребена где-нибудь в Саморрии.

— Умерла? — тихо повторяю я, глядя на Арсаха. По моей спине бегут мурашки. — Я… умерла?

— Как я, — отвечает он мягко, — но я знал, что ты сильная. Что ты сумеешь. Что ты вернешься ко мне… к нам.

Я опускаю взгляд.

— Простите… Я не хотела, чтобы вы так обо мне волновались. Но что вообще произошло после того, как я вошла в Круг? Почему вы все вдруг оказались вместе? Да еще… знаете, что Арсах — саллар?

— Если бы ты не умерла три дня назад, — взрывается Руввана, — я бы всыпал тебе по первое число за все, что ты натворила и что скрывала от нас!

— Довольно! — громко требует Улур, видя, что я тоже готова взорваться. — Сейчас не время ругаться. Вспомните, что… Просто уймите свой пыл хотя бы на время!

Его окрик действует на нас всех как ушат ледяной воды. Все почему-то неловко переглядываются и прячут глаза. Я хмурюсь, не понимая их реакцию, но спросить не успеваю: рыжий начинает рассказ.