Книга Эхо нашего лета, страница 51 – Эвелин Грин

Его спокойствие передалось ей. Она выпрямила спину.

— Ты прав. Это шум.

В пятницу, за два дня до решения банка, Лена решила сделать что-то важное. Она поехала в нотариальную контору. Не к той, где принимала наследство, а к другой, на соседней улице.

Она оформила доверенность. На Марка.

На управление имуществом. На право подписи финансовых документов магазина.

Когда она вышла из конторы с бумагами в руках, небо было чистым, голубым. Она позвонила Марку.

— Где ты? — спросил он.

— В городе. Заезжай в магазин через час. Мне нужно тебе кое-что показать.

— Что-то случилось? — в его голосе мгновенно прозвучала тревога.

— Нет, — улыбнулась Лена, глядя на солнечный луч, пробивающийся сквозь облака. — Всё отлично. Просто хочу кое-что обсудить.

Когда Марк пришел, Лена сидела за своим новым столом — тем самым, отцовским, который они отреставрировали. На столе лежал один лист бумаги.

Марк прочитал его. Поднял на неё глаза.

— Что это?

— Доверенность, — сказала Лена. — Если со мной что-то случится. Или если меня не будет. Ты сможешь управлять магазином. Принимать решения.

— Лена, это слишком серьезно, — Марк положил лист на стол. — Зачем?

— Потому что я хочу, чтобы ты знал, — она встала и обошла стол, подходя к нему. — Что это не просто мой магазин. Это наше дело. И если банк откажет... если мы потеряем право собственности... я хочу, чтобы у тебя было право бороться за это место. Без меня.

Марк смотрел на неё долго. В его глазах плескалась буря эмоций.

— Ты думаешь, я буду бороться без тебя? — тихо спросил он.

— Я думаю, что теперь мы одно целое, — ответила Лена. — И я доверяю тебе всё.

Марк медленно протянул руку и накрыл её ладонь своей.

— Мне не нужна доверенность, чтобы бороться за тебя, — сказал он. — Но я приму её. Как клятву.

Он убрал лист в ящик стола.

— Завтра суббота. Выходной.

— Я знаю.

— Поедем на море? — предложил он. — Не на набережную, где люди. А на дикий пляж, за мысом. Там сейчас никого. Только волны и ветер.

— А магазин?

— Магазин подождет. Нам нужно выдохнуть перед понедельником.

Лена кивнула.

— Поедем.

Вечером они гуляли по берегу. Ветер был сильным, сбивал с ног, но они шли, держась за руки. Море штормило, пенистые гребни волн с ревом обрушивались на камни.

— Знаешь, о чем я думаю? — крикнула Лена, перекрикивая шум прибоя.

— О чем?

— О том, что я боялась этого города, — сказала она. — Боялась вернуться. Думала, что здесь я застряну. Что это будет клеткой.

— А теперь?

— А теперь я понимаю, что клетка была там, — Лена указала рукой в сторону города, за спину. — В Москве. В их правилах, в их гонке. А здесь... здесь свобода.

Марк остановился. Он повернул её к себе, закрывая своим телом от ветра.

— Свобода быть собой, — добавил он.

— Да.

Он поцеловал её в лоб, потом в щеку, потом в губы. Соленые от морского брызга.

— В понедельник всё решится, — сказал он.

— Да.

— И что бы ни было...

— Мы вместе, — закончила Лена.

— Вместе, — подтвердил Марк.

Они стояли на краю обрыва, глядя на темнеющее море. Впереди была неделя ожидания, которая заканчивалась завтра. Впереди было решение банка, которое могло изменить всё. Но сейчас, в эту секунду, Лена знала точно: какое бы решение они ни приняли, она уже выиграла. Потому что она не одна.

И этот маяк, который они зажгли вместе, уже никогда не погаснет.