Книга В разводе. Ты забрал мою жизнь, страница 33 – Ирина Суздалева

Да и если бы захотела все равно ответить ничего не успеваю.

Потому что Лев переводит взгляд на меня, а потом на Кристину, потом снова на меня.

И произносит фразу, от которой я выпадаю в осадок:

— Вот именно я предепреждал, что помогать тебе Алла не будет. Зачем было ее… эм… беспокоить?

Смотрю на него и не верю своим ушам.

Неужели бывший решил за меня заступиться?

Неужели у него проснулась совесть?

Неужели он, наконец, понял, что натворил, и теперь пытается как-то это исправить?

Мысли крутятся, сталкиваются друг с другом, разбегаются в разные стороны. Не успеваю их поймать.

В следующую секунду понимаю: не так… что-то здесь не так! Не верю я, что все та-а-ак просто. Вот не верю и все.

— Ну и что, что пошла? — Кристина вырывается из его объятий, смотрит на мужа зло, обиженно, по-детски надув губы. — Я сходила. Я думала, что у тетушки хотя бы немного совести осталась. Думала, может, она одумается и вернется в семью. Может, поймет, что я — ее кровь. Что мы — семья.

“Ее кровь”, — проносится у меня в голове саркастическое. — “Моя кровь, оторая предала меня, которая спала с моим мужем и даже вышла за него замуж, которая делала вид, что я умерла для нее”.

— Ничего она не поняла, — Кристина продолжает выливать весь свой яд. глядя на меня зло, ненавистно, требовательно. — Стоит и молчит. Как будто не слышит. Как будто я не умираю. Как будто ей все равно, что она лишится единственного ребенка, который был в ее жизни. Ребенка, которого она вырастила вообще-то.

Я действительно стою и молчу. При этом смотрю на “своего ребенка”. Холодно. Спокойно. Ничего не говорю.

— Если не ее костный мозг, — выпаливает Кристина, при этом ее голос срывается на крик, — если она им со мной не поделится — я умру! И наш с тобой сын останется без матери! А ты станешь вдовцом! Ты этого хочешь?! Ты этого хочешь для нашего ребенка?!

Я едва не роняю челюсть на пол.

Костный мозг?

Кристина пришла ко мне за костным мозгом?

Она не просто так ворвалась в мой офис. Не просто так устроила истерику. Не просто так кричала “я умру” и бросалась мне на шею.

Ей нужен мой костный мозг.

Эта семейка что ли решила меня по частям разобрать?

Похоже, все так, как я думаю, судя по тому, что моя племяшка выдает следом:

— Ты не можешь быть моим донором, — Кристина смотрит на моего бывшего и своего нынешнего мужа с отчаянием, злостью, безнадежностью. — У тебя пересаженная почка, здоровье слабое. Тебе нельзя. Тете же ничего не будет. Она же выздоровела. Она же сильная, справилась. И ничего страшного с ней не станет, если моя дорогая родственница поделится частью себя во имя общего счастья.

Кристина резко разворачивается в мою сторону, делает шаг ко мне. Второй. Быстро сокращается разделяющее нас расстояние. Становится почти вплотную.

— Ты меня растила, — говорит она. — Ты была для меня как мать. Я была для тебя как дочь. Ты мне должна, тетя Аля. Ты мне должна, как земля колхозу. Понимаешь? Должна! Потому что без тебя я умру!

Смотрю на нее, на Льва, который стоит в стороне, скрестив руки на груди, и взирает на свою жену… как на идиотку… как на больную… как на чужую?

Не пойму. Да и не хочу понимать.

— А ты, — Кристина оглядывается на Льва. — Ты почему молчишь? Скажи ей! Скажи, что она обязана! Скажи, что без нее я умру! Скажи, что наш сын останется без матери!