Книга Невозможный проект, страница 10 – Ария Снежная

— Да, — я оглянулась с удивлением. — В чём дело? Нужно было разогнать протестующих. Они на улице.

— Вы задержаны по подозрению в мошенничестве. Я обязан уведомить вас о ваших правах. Вы имеете право хранить молчание. Все, что вы скажете, может быть использовано против вас в суде. Вы имеете право на адвоката. Если у вас нет адвоката, он будет предоставлен вам государством. Пожалуйста, пройдите с нами в участок, — заявил полицейский без запинки, абсолютно не обращая внимания на сказанные мною слова и предъявил удостоверение.

Мои глаза расширились от шока.

— Это какое-то недоразумение! — воскликнула я, пытаясь уклониться от его хватки. — Я ничего не сделала!

— Вам придётся объяснить это в участке, мадам, — упрямо ответил полицейский, пытаясь удержать меня за руку.

Мне стало страшно, всё происходило слишком быстро. У меня закружилась голова, тени перед глазами начали сливаться в один сплошной мрак.

— Не понимаю... мошенничество? — мой голос начал дрожать, слабеть. Осознание, что никто не слушает меня, сдабривало каждую мысль паникой.

Аслан стоял как проклятый и не шевелился. В его глазах помимо шока, находилось что-то еще. Я не успела понять, так как меня схватили за руки и повели прочь.

Следующие мгновения превратились в мутную череду событий. Я пыталась вырваться, но сил уже не хватало. Аслан был рядом, но не мог помочь. И вот, мир вокруг начал медленно затухать...

Я потеряла сознание, и моё тело безжизненно повисло в руках полицейских.

Как только я проснулась, вместо головной боли меня встретило головокружение. Всю ночь меня тошнило, и я не могла нормально поспать. Но я бы и так не выспалась на жесткой койке в темной и пыльной камере следственного изолятора. Звучит как глупая шутка, но такова реальность.

Я и поверить не могла, что со мной могло произойти нечто подобное. Я всегда жила по правилам и никогда не нарушала закон. Происходящее казалось дурным сном. Поправив платье, в котором я находилась со вчерашнего дня, я прошлась по воспоминаниям.

Когда я потеряла сознание, мне вызвали скорую и дали прийти в себя. Аслан стоял рядом, держал меня за руку и говорил утешительные слова, уверяя, что обязательно со всем разберется. Дядя Адам разговаривал с полицейским. Они спорили. Он был очень зол. Я не слышала всей их речи, но поняла, что отпускать меня так просто никто не собирается. Оказалось, что я преступница. А преступники должны быть задержаны. Чтобы не забрали никого кроме меня, я смирилась и добровольно поехала в участок. А оттуда меня сразу отправили туда, где я проснулась в данный момент. Прошло не так много времени, но как же оно тянулось.

Мне было не очень хорошо, и я совершенно не понимала, что со мной происходит. Руки тряслись, а желудок скрутило в болезненном спазме. Я не была беременна, так как принимала противозачаточные, и это точно не было похмелье — я ведь совершенно не пила. Оставалось списать все на происходящее и на стресс. Но больше всего я переживала за мужа. Аслан чуть ли не расплакался, когда я прощалась с ним. Наверняка места себе не находил.

Через какое-то время за мной пришли и привели в комнату для допросов. Следователь листал папку с моим делом. Я успела разглядеть свои фотографии, пока он не закрыл ее и не убрал на край стола. Мужчина смерил меня изучающим взглядом и улыбнулся. Выглядел он чуть старше Адама: такая же седина на висках и небрежная щетина. Но его взгляд бегал по моему телу, словно я являлась ночной бабочкой.