Книга Жена, которую захотели двое, страница 16 – Злата Нова

— Не говорите так, — сказала она.

— Почему?

— Потому что я замужем.

Виктор убрал руку сразу. Это движение было таким точным и спокойным, что Анна почувствовала укол разочарования прежде, чем успела обрадоваться. Он отступил на шаг, возвращая ей пространство, и кабинет снова стал кабинетом, хотя воздух в нём уже не мог стать прежним.

— Тогда это должно быть главным, — сказал он. — Не потому, что так принято, а потому что вы сами выбираете это как главное.

Анна посмотрела на него с растерянностью. Она ожидала насмешки, давления, ещё одного опасного комплимента, но не этой почти жестокой ясности. Виктор стоял рядом и смотрел на неё без жалости, будто давал понять: прятаться за обстоятельствами не получится.

— Вы всегда так разговариваете с людьми? — спросила она.

— Нет, — ответил он. — Только с теми, кто лжёт себе громче, чем другим.

Эти слова попали слишком точно. Анна почувствовала, как внутри поднимается протест, но не нашла для него формы. Она хотела сказать, что ничего себе не лжёт, что любит мужа, что просто устала, что всё это случайность, странная реакция на внимание после долгой пустоты, но каждое оправдание заранее казалось слабым.

— Мне нужно идти, — сказала она и встала слишком резко.

Виктор не остановил её. Он отошёл к своему столу, взял папку и положил её перед ней так спокойно, будто последние минуты были частью обычного делового разговора. Только его глаза выдавали, что он прекрасно помнит каждое её дрожащее движение.

— Здесь правки по вашим договорам, — сказал он. — Посмотрите завтра утром, а сегодня идите домой.

Анна взяла папку. Их пальцы не соприкоснулись, но она всё равно почувствовала странный отголосок недавнего прикосновения у воротника. Это было почти смешно и почти страшно, потому что её тело вело себя так, словно несколько секунд сдержанной близости значили больше, чем годы привычной нежности.

— До завтра, Виктор Сергеевич, — сказала она.

— До завтра, Анна, — ответил он. — И застегните пальто, на улице холодно.

Фраза была совершенно обычной. Заботливой даже, почти нейтральной. Но после всего сказанного она прозвучала так интимно, что Анна вышла из кабинета с пылающим лицом.

Дома Дмитрий встретил её на кухне. Он жарил яичницу, на столе стоял чайник, по радио тихо говорили новости. Всё было таким простым и родным, что Анна на секунду остановилась в дверях, почти испытывая благодарность за эту нормальность.

— Ты поздно, — сказал он, поворачиваясь. — Новый босс уже начал строить всех?

— Похоже на то, — ответила Анна и сняла пальто.

Дмитрий улыбнулся. Он подошёл, поцеловал её в щёку и вернулся к плите, не заметив, как она задержала дыхание от его обычного, невинного прикосновения. Анна поставила сумку на стул и вдруг ощутила почти физическую боль от того, что дома её касались без желания, а в кабинете почти не коснулись и этим лишили покоя.

— Ужинать будешь? — спросил Дмитрий.

— Немного, — сказала она. — Я не очень голодна.

Это было неправдой. Она была голодна до невозможности, только не так, как можно было объяснить за кухонным столом. Ей хотелось, чтобы муж обернулся, увидел её лицо, подошёл, спросил не про ужин, а про то, почему она так дрожит внутри, но Дмитрий посолил яичницу, убавил огонь и стал рассказывать о своём дне.