Книга Никто не узнает, страница 48 – Татьяна Никандрова

Как правило, мы с мужем занимаемся сексом молча. Быстро и монотонно, будто для галочки. Потом обмениваемся дежурными фразами о том, как нам все понравилось, и спешим по делам. Каждый по своим, разумеется.

А вот грязные словечки Богдана жутко заводят. Меня вообще подкупает его раскрепощенность и отсутствие комплексов. Удивительно, но рядом с ним я тоже становлюсь более развязной и распущенной — матерюсь, расширяю границы дозволенного и выхожу из зоны комфорта.

Например, прежняя Карина, которая жила во мне еще до знакомства с Богданом, ни за что бы не согласилась на секс в общественном месте. Ведь это же пошло, аморально, негигиенично и вообще фу-фу-фу…

А вот сейчас я трахаюсь с молодым парнем, сидя на раковине в кабинке туалета, и меня ничуть это не смущает. Наоборот, я испытываю такой невероятный кайф, что, будь у меня возможность отмотать время вспять, я бы снова так поступила. Снова бы растворилась в крепких дурманящих объятьях, снова бы позволила Богдану овладеть собой.

Парень запускает пальцы мне в волосы и со страстным буйством находит мой рот, ублажая его поцелуем. Посасывает, покусывает, сводит с ума умелыми движениями губ и языка. Он так хорош, что с каждой секундой мне все труднее сдерживать рвущиеся наружу стоны. Я хочу кричать. Хочу повторять его имя. Хочу умолять, чтоб не останавливался.

Но осознание того, что в уборную в любую секунду может кто-нибудь войти, действует крайне отрезвляюще. Я до крови кусаю то ли свои, то ли его губы, но молчу. Точнее не молчу, а лишь тихонько поскуливаю, вонзаясь ногтями в шею любовника и изнывая от запредельности ощущений.

Однако, когда на меня обрушивается оргазм, яркий и беспощадный, я не удерживаюсь и все же выкрикиваю имя господа. Знаю, нехорошо упоминать его в суе, но уж лучше он, чем Богдан, верно?

— Умница, — тяжело дыша, парень приваливается ко мне влажным от пота лбом, а еще через секунду и сам достигает пика.

Он кончает бурно и долго, а я вожу руками по его широкой спине и чувствую себя неимоверно счастливой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Мальчик. Мой мальчик. Такой страстный и настоящий. Совершенно непохожий на других и совершенно потрясающий. Чем я заслужила его появление в своей жизни?

Ведь от меня только холод исходит… Ну, по крайней мере, раньше исходил — я была ледышкой с острыми краями. А Богдан весь такой теплый, светлый, солнечный. Неужели ему тоже хорошо со мной? Неужели противоположности и впрямь притягиваются?

— Карин, я теперь от тебя не отстану, — парень цепляет мой подбородок, заставляя смотреть ему в глаза. — Ты мне нужна. Вся, целиком, слышишь?

— Это у тебя гормоны просто бушуют, скоро пройдет, — усмехаюсь я, втайне млея от его слов.

— Ерунду не говори, — обрубает жестко и безапелляционно. — Не пройдет, сама знаешь. У меня так впервые… Чтобы башню рвало и тормоза напрочь вырубало. Я ведь вообще ни разу не беспредельщик. Только с тобой такой, веришь?

Он глядит на меня с глубокой, неподдельной искренностью, и впервые за долгое время я отвечаю так, как велит мне сердце:

— Верю, Богдан. Конечно, верю, — ласково провожу пальцем по его немного колючей щеке. — У меня с тобой то же самое.