Книга Рей и Рита. Прости меня, моя любовь, страница 57 – Татьяна Никандрова

Мы с Антоном поворачиваемся к Денису, который выглядит на удивление отстраненным и задумчиво смотрит в окно.

— Я не буду делать операцию, – негромко, но твердо повторяет он. – С реабилитологом или без него, но я встану на ноги.

Денис

Сегодня утром, по моей просьбе, мать консультировалась с известным в нашем городе хирургом-отропедом. Она показала ему мои рентгеновские снимки, и его слова в точности повторили все то, что говорил мне мой врач: необходима ламинэктомия с имплантацией тридцатисантиметровых стержней, без нее шансы на восстановление ничтожно малы.

И вроде бы все предельно просто, но я отчего-то не спешу соглашаться на операцию, которая должна решить все мое будущее.

Мне отчаянно не хочется делать шаг в жизнь, где я буду зависим от помощи посторонних, где мое собственное тело станет для меня душной клеткой, где не будет ничего из того, что я так люблю: ни поездок на байке, ни секса в самых нетривиальных позах Камасутры, ни даже элементарного жима лежа со штангой.

Я лежу в белой, провонявшей антисептиками палате и не могу избавиться от ощущения, будто я что-то упускаю. Что-то важное и значимое.

Ничего на свете не случается просто так. Я не верю в случайности, и считаю, что все люди и события, приходящие в нашу жизнь, приходят в нее не зря. А, значит, и ухудшающиеся отношения с Дашкой, и авария, и даже перелом позвоночника для чего-то да нужны.

Поначалу эта мысль кажется мне дикой и навеянной болеутоляющими препаратами, но чем дольше я об этом думаю, тем больше убеждаюсь в своей правоте.

Какой была моя жизнь в последние годы? Надо быть честным и признать, что я уже давно барахтаюсь на дне, и единственное, что хоть как-то скрашивает мое положение – это наличие денег, которых, к слову говоря, я совсем не заслужил.

Я бухал, курил траву, принимал колеса, трахался с женщинами, которые для меня ничего не значили, и совершенно ни к чему не стремился. На кой черт Богу сдался придурок, который при жизни загоняет себя в могилу, который разрушил все хорошее, что у него было?

Должно быть, авария – это знак. Предупреждающий знак, который говорит о том, что пора остановиться и что-то переосмыслить. Ведь меня вполне могло парализовать при падении с мотика. Но не парализовало. Я мог сдохнуть на месте ДТП. Но не сдох. И это тоже не случайность.

Значит, Бог еще не поставил на мне крест. Значит, еще не все потеряно. Он дает мне шанс доказать, что я достоин этой жизни. Достоин быть здоровым и ходить.

По словам матери, в конце разговора хирург-ортопед упомянул некоторые другие решения моей проблемы, но ему мало что известно о них, поэтому он не мог мне их рекомендовать.

Все утро мы с мамой проводим на просторах Интернета, читая про эти альтернативные методики. И чем больше я узнаю, тем сильнее убеждаюсь, что это именно тот путь, по которому мне следует пойти.

Должно быть, на каком-то глубинном уровне подсознания я верю в способность тела к самоисцелению. Ведь есть же какая-то непостижимая сила, которая дала жизнь всему, что есть на этой Земле. Ее можно называть по-разному: Бог, Вселенная, Высшим Разум, но суть от этого не меняется. Именно эта сила сейчас поддерживает все мои жизненные процессы: от сердцебиения до пищеварения, именно она не дает мне провалиться в забытье и стать овощем.