Книга С первого взгляда, страница 51 – Татьяна Никандрова

Мне грустно. Оттого, что Нонна Игоревна всерьез намерена отдать меня приемным родителям. Оттого, что у Мота который день нет настроения. Оттого, что мы по-прежнему не знаем, что предпринять и как избежать разлуки.

По словам директрисы, люди, заинтересованные в моем удочерении, приедут через несколько дней. Они хотят пообщаться со мной лично, но я вообще не представляю, как пройдет эта встреча.

Что мне им сказать? Как донести мысль, что я совершенно не хочу покидать интернат и Матвея? Их порыв, безусловно, благороден, но, может, мне удастся уговорить их забрать в семью какую-нибудь другую девочку? Нину, например. Она не раз упоминала, что мечтает попасть в семью, но за все десять лет жизни в детдоме ей ни разу не выпал такой шанс.

Тяжело вздохнув, слезаю с подоконника и выхожу в коридор, чтобы отыскать Мота. В последнее время он вечно где-то пропадает, а я все острее чувствую потребность в нем. Мне очень хочется обнять его, уткнуться носом в его грудь и глубоко втянуть родной аромат табака и жвачки. Это всегда успокаивает. Прямо как классическая музыка или шум леса.

Сворачиваю за угол и неожиданно натыкаюсь на удивительное зрелище: Ниночка стоит у питьевого фонтанчика и мило болтает с Настей Крыловой, бывшей девушкой Матвея. Вокруг них — многочисленные Настины подружки, которых Нина раньше в шутку величала свитой.

В своих рассказах Лисицына всегда пренебрежительно отзывалась о Крыловой и ее окружении. Называла ее задавакой. Говорила, что у Насти раздутое самомнение и что из-за крупных зубов и высокого роста она похожа на лошадь. А сейчас вот стоит и как ни в чем не бывало общается со всей этой компашкой. Улыбается, хихикает и после каждой реплики Крыловой воодушевленно кивает.

Поймите правильно, я не имею никаких претензий к Насте. Лично мне она ничего плохого не делала. Конечно, пару-тройку раз я ловила на себе ее косые неприязненные взгляды, но, учитывая то, что я стала девушкой Мота сразу после нее, было бы странно ожидать от Крыловой какой-то другой реакции. Естественно, я ей не нравлюсь. Но при этом открыто свою антипатию она не проявляет.

А вот Нина, напротив, частенько поносила Настю за глаза. И поэтому мне очень странно видеть их вместе. Что вдруг произошло? Когда неприязнь и пренебрежение успели смениться дружбой?

Пока меня никто не заметил, я спешно отступаю назад и напрягаю слух. Их голоса доносятся до меня еле-еле, но все же, если прислушаться, можно разобрать некоторые слова:

— Ты молодец, что пришла, — одобрительно произносит Настя.

— Я подумала, так будет правильно, — отзывается Ниночка.

— Ну еще бы. Хочешь пойти с нами на… — последнее слово я не разбираю, но предполагаю, что это какое-нибудь место или мероприятие.

— Конечно! — в голосе Лисицыной звучит воодушевление.

— Ладно, тогда встретимся у центрального в полдень.

— Хорошо.

Девочки прощаются и расходятся в разные стороны. Нина движется в мою, а Настя с подружками в противоположную.

Делаю еще несколько тихих шагов назад, а затем притворяюсь, будто просто шла. Будто не слышала этого странного разговора, и мы с подругой чисто случайно столкнулись в холле.

— О, привет, — выпаливаю я, когда Лисицына попадает в поле моего зрения.

— Привет, Ань, — Нина приближается, по-свойски подхватывает меня под руку, и мы вместе неторопливо устремляемся вдоль по коридору. — Как дела?