Книга Зови меня Златовлаской 2, страница 37 – Татьяна Никандрова

Макс и Градова поднялись с места и пошли к сцене под звонкие аплодисменты гостей. Это было странно и выглядело так, будто Муслимов пришел сюда не с Адой, а с Майей.

Я посмотрела на подругу, которая сидела ровно и с легкой полуулыбкой смотрела на сцену. Однако ее руки, лежащие на коленях, были сжаты в кулаки.

— Мама, папа, от всей души поздравляю вас со знаменательной датой в ваших отношениях! – взяв микрофон начал Максим. – Вы знаете, по дороге сюда я как раз говорил своей девушке Аде, что настоящая любовь сможет выдержать любые испытания. Ей не страшны расстояние, бедность, мнение окружающих. И вы, мои родители, доказываете эту простую истину своим примером.

Муслимов говорил хорошо. Складно, четко, умно. Мне понравилось, что он как бы невзначай упомянул Аду в своей речи, тем самым дав понять и родителям, и гостям, что именно она, а не Майя является его спутницей.

Вечер продолжался. Было много тостов, поздравлений и сантиментов. Ящук активно окучивал троюродную сестру Макса по имени Диана, включая свое природное обаяние на максимум. Девушка, похоже, была не против и кокетливо хихикала в ответ на комплименты парня.

Майя Градова оказалась девицей не из робких, и, несмотря на то, что ей уже раз десять дали понять, что Муслимов не заинтересован в ней как в девушке, постоянно терлась рядом с ним. Она задавала ему вопросы, запас которых никак не иссякал, вспоминала истории их детства и один раз даже пригласила его на танец.

Макс предложение принял. Должно быть, из вежливости. А Ада скрежетала зубами, наблюдая за ними.

— Вот пиявка! – недовольно сказала она.

— Да ладно, она ему не нравится, – успокоила я подругу.

— Зато мамка его от нее в восторге! Мне кажется, или наше с ней отношения не заладились самого начала?

— Не заладились, – подтвердила я. – Сложный она человек.

Но, как оказалось, это все были цветочки. Ягодки начались чуть позже.

— Ну че, Алферова, давай уж я с тобой хоть раз потанцую, – жалостливо сказал Ящук, подходя ко мне и протягивая руку. – А то сидишь весь вечер как бедная родственница.

— А как же твоя Дианочка? – ехидно поинтересовалась я, позволяя Никите отвести меня на танцпол.

— По телефону говорит, – ответил парень, легонько приобняв меня за талию. – Она уже почти у меня на крючке, того и гляди откроет ротик и заглотит приманку.

С этими словами Ящук заржал, а я закатила глаза. Юмор у него был своеобразный.

Рядом с нами Ада танцевала в паре с каким-то худосочным молодым человеком, напоминающим жердь. Насколько я поняла, это был дальний родственник Муслимовых. Он с невообразимо умным видом что-то втирал Калининой, которой, судя по тоскливому выражению лица, не терпелось сбежать от него подальше.

Когда песня наконец закончилась, Ада схватила меня за руку и потащила за собой в туалет, да так быстро, что я еле за ней поспевала.

— Куда ты так несешься? – возмутилась я, притормаживая на повороте.

— Этот мистер Уныние обещал рассказать мне об устройстве ядерного реактора. Я лучше утоплюсь в унитазе, чем выдержу еще секунду его занудных разглагольствований, – поморщилась подруга.

— А я думала, ты ценишь умных мужчин, – хохотнула я.

— По-настоящему умный мужчина знает, что разговоры о физике вгоняют женщин в тоску!

Мы разошлись по кабинкам и замолчали. Однако едва я успела повесить крошечную сумку-клатч на крючок, как в уборной, где-то рядом с зеркалами, раздались женские голоса. Я безошибочно определила, кому принадлежит один из них.