Книга Проучить мажора, страница 52 – Татьяна Никандрова

— Надеюсь, — вздыхаю я и, с трудом переварив услышанную информацию, — спрашиваю. — Лен, а ты не знаешь, Мансур на свадьбе будет?

— Самой собой, они же с Вадиком двоюродные братья, — кивает она. — Ты не представляешь, сколько они народу позвали. Даже дальних родственников из Москвы пригласили, прикинь?

— Да уж, мне мама сказала, что завтра у нас семейство каких-то Ивантеевых будет ночевать, — ворчу я.

— А, да, это наша троютродная тетка с сыновьями и мужем. Вера не очень хотела ее приглашать, но маман настояла, мол, нехорошо всех позвать, а ее не позвать. Ладно хоть твои родаки согласились ее к себе заселить, а то у нас и так дом битком. Люди на полу штабелями спят.

— Весело, ничего не скажешь, — качаю головой.

— Ладно уж, главное, что Верка счастлива. Да и у тебя, я смотрю, все на мази, — хитро подмигивает Онегина. — Парень просто класс. Я б убила за такого.

Оглядываюсь на Толмацкого, который прямо через лобовое стекло сверлит меня сердитым взглядом, и тут же спохватываюсь:

— Ой все, Ленка, мне пора. А то мой ждать не любит.

Бросив эту странную фразу, устремляюсь к машине и внутренне офигеваю от собственного безумства. Мой? Я реально произнесла это вслух? Назвала Стаса своим? Да что же со мной не так, черт возьми?!

Стас

— У меня две новости. Традиционно, одна хорошая, а другая… Ну, в целом, тоже неплохая, но тебе вряд ли понравится. С какой начать? — выпаливает Маша, захлопнув за собой дверь.

— С любой, — обреченно вздыхаю я.

— В общем, завтра мы идем на свадьбу Вадима и Веры, — скороговоркой выплевывает она.

Медленно поворачиваюсь к ней лицом и свожу челюсти.

— Прошу, скажи, что «мы» — это ты и твои друзья.

— Нет-нет, «мы» — это я и ты, — виновато сообщает она. — Но хорошая новость заключается в том, что на этой свадьбе будет Мансур и мне представится отличная возможность с ним поговорить.

— Серьезно? На свадьбе? — уточняю со скепсисом.

— Ну да… А что? На свадьбах люди обычно веселые и добрые. Вдруг мне повезет?

Ой, блин, знаю я это «повезет». Всем, кто так говорит, обычно ни хрена не везет. План — дерьмо, но другого у Зайцевой, походу, нет. Старый добрый авось в деле, как на него не положиться?

— Ну а мне-то с тобой зачем переться?

— Там весь поселок гулять будет, чего тебе одному-то сидеть? — вопросом на вопрос отвечает она.

— Тоже верно, — устало потирая веки, соглашаюсь я. — Слушай, Маш, мне так спать охота. Погнали уже к твоим Поляковым, а то я на ходу отрубаюсь.

— Да, извини за задержку, поехали, — как-то чересчур ласково отзывается девчонка. — Сейчас пока прямо, а на перекрестке направо.

Зайцева одаривает меня непривычно теплой улыбкой. Настолько открытой и широкой, что от ее глаз лучиками разбегаются трогательные морщинки. Из вежливости вздергиваю уголки своих губ в ответ, а затем направляю взгляд на дорогу и подозрительно хмурюсь.

Не к добру это ее дружелюбие, ой, не к добру. Горький опыт показывает, что Маша никогда просто так не любезничает. Наверняка опять что-нибудь задумала, а мне потом головняк разгребать.

Нет, надо держаться подальше от ее флюидов. Не вестись, не реагировать и уж тем более не привязываться. До знакомства с ней у меня такая клевая жизнь была: девчонки, вечеринки, расслабуха и веселье.

А сейчас что? Проблема на проблеме сидит и проблемой подгоняет. Хочется есть и спать, машина поцарапана, тусуюсь в какой-то сельской глуши и собираюсь пойти на свадьбу Вадима и Веры, которых в глаза раньше не видел. Полнейший сюр, не находите?