Книга По осколкам твоей лжи, страница 58 – Татьяна Никандрова

— Ты настоящий друг, — бросаю иронично.

— Да пошел ты, — огрызается лениво. — И с больничным не затягивай. Дела сами себя не порешают.

Сосредоточенно смотрю в монитор компьютера, на котором отображен договор с новым контрагентом, но толку от этого мало: глаза слезятся и ни черта не видят. В них будто песка насыпали — сплошной дискомфорт и резь. Буквы расплываются, а белый свет неприятно слепит, хоть я и снизила яркость экрана почти до минимума.

В моем паршивом состоянии нет ничего удивительного: прошлой ночью я спала не больше двух часов и адски не выспалась. А еще из-за вчерашнего секс-марафона у меня дико болят все мышцы. Будто я не с мужчиной в постели кувыркалась, а железо тягала.

С Арсланом у нас никогда не было больше двух раз подряд, а с Ранелем… Черт, да я даже со счету сбилась! Он брал меня с неугомонной жадностью, и мое тело, даже несмотря на стресс и усталость, раз за разом отвечало ему оргазмами. Такими сильными и яркими, что порой я едва не теряла сознание…

Признаться честно, утром я едва соскребла себя с кровати. Уходить не хотелось, но в то же время я понимала, что рассвет в объятиях Ранеля — это перебор для моей расшатанной психики. Секс был невероятным, но к дальнейшему развитию событий я пока не готова.

Мне нужно побыть одной и привести мысли в порядок. Именно поэтому я ни свет ни заря приехала в офис.

— Доброе утро, Диора Рустамовна. Вы уже на месте? — на пороге моего кабинета застывает изумленная секретарша.

— Да, — киваю я. — Дел много. Вот и проснулась пораньше.

— А я цветы хотела полить, — он демонстрирует небольшую лейку. — Не помешаю?

— Нет, поливай.

Ирина проходит вглубь кабинета, а я опять пробую сфокусироваться на договоре. Однако непослушные мысли снова и снова возвращаются к событиям минувшей ночи.

Ранель так возмужал... Нет, он всегда был крепким и накаченным, но я сейчас говорю не столько про физическое состояние, сколько про моральный аспект. Раньше в нем чувствовалась какая-то мальчишеская бесшабашность, неуправляемый дух бунтарства, однако теперь это совершенно взрослый и пугающе серьезный мужчина.

То, как Измайлов изъясняется, как смотрит и как занимается любовью, красноречиво говорит о том, что четыре года нашей разлуки не прошли даром. Он будто перебесился. Будто перестал обвинять в своих бедах несправедливый мир и наконец принял жизнь такой, какая он есть.

— Диора Рустамовна, я закончила, — секретарша привлекает мое внимание. — Вы, может быть, кофе хотите?

— Да, будь добра. Без сахар и молока. Покрепче.

— Хорошо.

Осторожно прикрыв за собой дверь, Ирина скрывается в приемной, а я изможденно откидываюсь на спинку кресла. Надо поскорее привести себя в чувства и придумать годный план действий: как объяснить Арслану свое ночное отсутствие и как правильно подать ему информацию о похищении.

В последнее время наши отношения до предела обострены, поэтому я совсем не уверена, что он примет мою сторону. Скажет, что я сама навлекла на себя проблемы, и закатит очередной скандал. Это очень в его духе.

— Диора Рустамовна, к вам посетитель, — селектор доносит до меня голос Ирины.

На мгновенье обмираю, а потом испуганно уточняю:

— Кто?

Хотя, положа руку на сердце, и так знаю ответ на этот вопрос.

— Ранель Александрович. Из холдинга.