Книга Попробуй сбежать, страница 237 – Виктория Рогозина

— Мой человек уже подготовил варианты домов. Несколько. Посмотришь, выберем, какой купим.

Ванесса повернула к нему голову:

— А как же безопасность? — спросила она. — Какие-нибудь… особые требования? То, что для тебя важно.

— Эти дома уже им соответствуют, — коротко ответил Давид. — Иначе я бы их даже не рассматривал.

Она кивнула, но прикусила губу, глядя в окно. В памяти всплыл разговор в кафе — спокойный голос Калеба, его слова про шрамы, сказанные слишком уверенно, слишком… осведомлённо. Давид заметил её задумчивость почти сразу.

— Что тебя беспокоит? — спросил он, не отрывая взгляда от дороги. Ванесса вздохнула:

— В кафе к нам подсел Калеб… — она коротко пересказала разговор, не упуская интонаций, — и я понимаю, что логично предположить, что у меня есть шрамы. Но то, как он это сказал… было странно. Будто он знает больше, чем должен.

Давид медленно кивнул, челюсть едва заметно напряглась.

— Я разберусь, — сказал он спокойно. И в этом спокойствии было обещание.

Ванесса тихо вздохнула и откинулась на спинку сиденья, позволяя себе редкую роскошь — не контролировать ситуацию. Давид действительно разберётся. Не потому что пообещал, а потому что он всегда так делал. Это было в нём — методично, хладнокровно, до конца.

Машина мягко скользила по дороге, и город за окном постепенно менялся, становясь спокойнее, темнее, тише. Ванесса на секунду прикрыла глаза и вдруг поймала себя на странно тёплой мысли. Она вспомнила тот вечер в клубе, шум, свет, музыку, и как тогда, глядя на Давида, решила, что он преподаватель. Слишком спокойный, слишком собранный, слишком… не на своём месте.

Теперь это воспоминание казалось почти смешным.

— Знаешь, — сказала она, не открывая глаз, — я когда-то думала, что ты преподаёшь в университете.

Давид бросил на неё короткий взгляд и усмехнулся:

— Опасная иллюзия.

— Очень, — улыбнулась Ванесса. — Но почему-то сейчас это кажется забавным. Будто это была совсем другая жизнь. Или я — другая.

Он замолчал на пару секунд, затем спокойно ответил:

— Ты была собой. Просто не знала этого.

Она повернулась к нему, внимательно посмотрела на его профиль, на сосредоточенный взгляд, на уверенные руки на руле.

— А сейчас знаю, — тихо сказала Ванесса.

Давид молчал несколько секунд, будто прислушивался не к дороге, а к ней. Потом его правая ладонь медленно соскользнула с руля и легла на бедро Ванессы. Не резко — уверенно, тепло. Пальцы чуть сжались, будто проверяя, здесь ли она на самом деле, и начали лениво поглаживать, рисуя короткие, почти неощутимые дуги. Ткань юбки поддалась, приподнялась на пару сантиметров — ровно настолько, чтобы дыхание Ванессы сбилось.

— Ты так и не ответила, — негромко сказал он, не глядя на неё. — Что ты решила насчёт свадьбы?

Его пальцы продолжали двигаться — медленно, упрямо, будто вопрос был не главным, будто ответ он считывал кожей, а не словами. Ванесса тихо охнула, не сумев удержать звук. Между ними будто натянулась тонкая струна — напряжение искрило, вибрировало, отзывалось в каждом вдохе.

— Меня… — она сглотнула, — меня устраивает то, как есть сейчас.

Давид усмехнулся краем губ. Ладонь на её бедре стала смелее, чуть выше, чуть дольше задерживаясь, будто проверяя границы, но не переходя их окончательно.

— Ты у меня слишком скромная, — сказал он тихо. — А я хочу дать тебе всё. Возможное. И невозможное.