Книга Попробуй сбежать, страница 112 – Виктория Рогозина

Это было неожиданно. Не давление. Не обещание. Не ловушка. Ванесса медленно выдохнула, будто отпуская напряжение из плеч.

— Знаешь, — сказала она, возвращаясь к стулу, — это, пожалуй, первый раз, когда мне не предлагают «всё и сразу».

— Я уже понял, — усмехнулся Давид, — что тебе такие предложения не подходят.

Она улыбнулась — устало, но по-настоящему.

— Тогда договоримся ещё раз, — сказала она, поднимая на него взгляд. — Без ролей. Без долгов. Без «так надо».

Он кивнул.

— Договорились.

На этот раз — без подтекста. Без скрытого пункта мелким шрифтом. И в этой простой тишине, за поздним ужином из растаявшего мороженого и недосказанных признаний, между ними впервые возникло не напряжение — а пространство, в котором можно было дышать.

Ванесса почти бежала по длинному коридору, прижимая к груди папку с конспектами. Пол под ногами скользил от утренней уборки, дыхание сбивалось, сердце неприятно колотилось — она уже чувствовала, как лекция уходит от неё, минута за минутой. Где-то впереди хлопнула дверь аудитории, и это только подстегнуло шаг. Она вывернула из-за колонны — и резко остановилась.

Отец стоял посреди коридора, как плохо поставленный реквизит, который забыли убрать со сцены. Мятый, с налитыми кровью глазами, от него тянуло кислым перегаром и злостью. Он ухмыльнулся, увидев её, и эта ухмылка была слишком знакомой, слишком прошлой.

— А вот и ты, — заорал он, не заботясь о взглядах. — Выглядишь как проститутка! Думаешь, я не знаю, под кого ты легла?! Под бандита, да? Под криминального пахана?!

Он шагнул к ней и потянул руку — резко, грубо, так, как делал это когда-то дома. Ванесса не вскрикнула. Не отшатнулась. Лицо осталось почти пустым, будто внутри всё уже перегорело. Она лишь на мгновение сжала пальцы, чувствуя, как поднимается холодная волна — не страх, нет, скорее усталость от повторения одного и того же кошмара.

Охрана появилась мгновенно. Два мужчины словно выросли из воздуха: один перехватил его руку, второй заломил плечо. Отец взвыл, попытался вырваться, посыпались проклятия, но его уже разворачивали прочь, уверенно, без суеты.

— Ты ещё пожалеешь! — крикнул он напоследок. — Думаешь, тебя всегда будут прикрывать?!

Дверь за поворотом захлопнулась, и шум коридора снова стал обычным — шаги, голоса, смех. Ванесса выдохнула. Медленно. Ровно. Она всё ещё чувствовала на себе невидимое присутствие охраны — и странным образом это больше не раздражало. Наоборот. В этом был порядок. Контроль. Граница, которую за неё больше не приходилось держать самой.

Она резко развернулась и побежала дальше, свернула на лестницу, перепрыгивая через ступени, и влетела в аудиторию почти на последнем дыхании.

Преподаватель уже что-то писал на доске. Он поднял голову, нахмурился — и тут же узнал её. Взгляд смягчился, уголок губ дрогнул в почти незаметной улыбке.

— Проходите, — коротко кивнул он.

— Простите за опоздание, — быстро сказала Ванесса и, не дожидаясь ответа, скользнула вдоль рядов.

Она взбежала по ступеням, села на своё место, раскрыла тетрадь. Руки всё ещё слегка дрожали, но внутри уже собиралась обратно — по кусочкам, по привычке. Лекция продолжалась. А жизнь — как будто тоже.

После лекции столовая гудела, как улей. Металлический звон подносов, смех, обрывки разговоров — обычный университетский шум, который обычно успокаивал Ванессу, но сегодня проходил будто сквозь нее. Она сидела за столом напротив Аманды и Яна, лениво ковыряя вилкой салат и слушая, как Аманда, размахивая руками, с воодушевлением расписывает грядущую вечеринку.