Книга Жрица Смерти, страница 91 – Надежда Чистая

— Мишель, остановись! Этого нельзя делать! — закричала Мара, но я не желала слышать.

Вспоминала лица и эмоции Потерянных. Разрушенный храм Мораны. Мертвый город демонов. В конце концов самих хаосистов — невинных детей этого мира, не способных противостоять флеру Хаоса и его влиянию. Сколько загубленных душ ожидает очищение от его силы? Сколько разрушенных судеб?

— МИШЕЛЬ! Я запрещаю!

Голос Ардафана вклинился в мозг, но даже запрет Демиурга не остановит меня от возмездия. Голос, может быть, и не остановит, а вот сила Создателя, как оказалось, может вполне. Она буквально выбила весь воздух из легких и заставила пасть на колени. Но на этом всё. Моя Тьма продолжала своё дело, подкралась к перепуганному Кхорну и, опутав его словно лианами, начала медленное и очень мучительное поглощение божественной сути.

— ХВАТИТ! — резкий ментальный приказ-удар Демиурга ослабил контроль над Тьмой, поэтому последовали ещё несколько таких же ударов. Тьма нехотя, но отступала от Кхорна, заставляя того измученно повисать в руках Мары. Но последнее, что я успела увидеть перед потерей сознания от боли — гордый взгляд Ардафана.

Выплывала из марева сна медленно и с болью. Сквозь непрекращающийся звон в голове слышала голоса, но кто это и о чем говорили, не понимала. В теле была тяжесть, болела каждая клеточка тела, будто на нем скакали свои ритуальные танцы орки. Глаза открывать было невозможно. Да и не хотелось. Хотелось сдохнуть.

— И как ты себе это представляешь, интересно? — раздался рядом женский насмешливый голос, в котором я узнала Мару.

— У меня нет сил… представлять… — услышала свой слабый, хриплый, словно простуженный голос.

— Мишель… — с облегчением выдохнули в один голос мужья.

Чья-то рука попыталась взять мою, но я болезненно поморщилась, и её пришлось отпустить. А потом моего виска очень нежно коснулись губы, целуя.

— Моя душа. — с болью в голосе прошептал Гриф, проводя губами от виска, скользя к скуле.

— Вот видите, она жива, а вы мне тут истерики устроили. — воодушевленно воскликнула Великая, хлопая в ладони и, судя по звуку, поднимаясь со стула.

— Может потому, что вы её пытались убить?! — с яростью прошипел Антонис, судя по звуку, находясь где-то рядом с Марой.

— Она не повиновалась Создателю и, естественно, поплатилась за это. Приказы Демиурга выполняются с первого раза. Ардафан ещё сдерживал себя, чтобы не убить Мишель! — встала на защиту отца богиня.

— Что с Кхорном? — спросила, все также не открывая глаз.

— Ты его почти поглотила, Мишель. Так что ты наказала этого глупца сильнее, чем это сделал бы любой божественный суд. Теперь не то что Кхорн, вообще любой бог Хаоса никогда не заглянет в твой мир даже на чашечку чая. — мама хмыкнула, но почему-то мне кажется, удручающе покачала головой. — Кхорн, конечно, идиот, но ты поступила не совсем правильно, Мишель. Он молодой, можно сказать, только родился, если считать по божественным меркам, и сила его требует выхода. Он ещё ребенок, который любит ломать чужие игрушки, как и некоторые его братья.

— Эти, как ты выразилась, игрушки — живые существа, мама. — чувствуя себя овощем, все равно попыталась говорить твердо, если не сказать жестко. — И ты сама решила, что я достойна взять на себя это бремя. А я всегда защищала и буду защищать то, что принадлежит мне! Будь то семья или мир с его обитателями.