Книга Главный герой становится Злодеем, страница 194 – Ли Лит

Обломки камней, некогда статуй или колонн, осколки дерева, части построек, они усыпали землю, которую больше не укрывал чистый снег. Его смешали с пылью, пеплом, гарью, кровью. Школа Сяофэн тонула в бою.

Хуа Линь обходила тела марионеток и последователей секты, с облегчением отмечая отсутствие среди них знакомых лиц и ученических одежд светло-зелёного цвета.

Бой происходил везде. У горы Е лежали тела, дальше ученики школы Сяофэн вместе с Сун Вэнем и Жэнь Лунем отбивались от последователей секты. Им оставалось немного.

Сильно в глаза бросался купол, накрывающий сад Синхуа и двор Синхэ, принадлежащий Син Юю. Переживать о нём не стоило, установленный пять лет назад барьер Хуа Линь, исправно выполнял свои обязанности.

Ближе к воротам и главному залу бои шли страшные. Многоцветные волны, вспышки, стрелы, красные и жёлтые талисманы появлялись со всех сторон.

Хуа Линь приметила Син Юя, который создавал в воздухе мечом фигуры. Они окрепли и вступали в бой.

Совсем рядом с Син Юем сражался Ли Гаошуан. В толпе мелькала макушка Ци Цюаня и лицо Чао Юэ.

Суровое лицо старейшины Лю в другой день вело бы в ступор. Старейшина достойно держал оборону и вытеснял противника как можно дальше от молодых заклинателей.

Старейшина Мэй орудовала веером, чья мощь отбрасывала марионеток далеко. А там в дело шла работа Цзя Минь и Цзинь Янь. Они держали печать, из которой вылетали талисманы и прикреплялись к уже не людям.

Множество молодых испуганных, сосредоточенных, холодно-спокойных, злых, лиц мелькало в гуще. Ученики сражались на равных с учителями и старейшинами.

Плеть разрезала воздух и обрушилась на марионетку, та отлетела и бухнулась на спину. На её лоб тут же материализовался талисман.

Хуа Линь сжала Цзиньлянь и поспешила к воротам. Раз старины Цзян нет ни у главного зала, ни по направлению к горе Е, должно быть, он в стороне ворот.

По пути Хуа Линь отбрасывала марионеток, отбивалась от преследователей секты, но всё не видела ни старины Цзян, ни Чжу Сюя, ни Ан Ханьсюя. Только светло-зелёные одежды в вихре из жёлтых и красных амулетов и тёмных тканей одежд врага.

Хуа Линь вынырнула из потока сражения и с облегчением увидела возвышающегося над злом Чжу Сюя, который пронизывал лютым холодом, исходящим от его меча. В паре метрах от него сражался старина Цзян. Его удары относили марионеток далеко-далеко. Они оставляли после себя чистые коридоры, которые заполнялись вскоре новыми марионетками и последователями секты, и падали на землю, оставаясь лежать под тяжестью амулета.

Знакомое мелькнуло в гуще. Хуа Линь завертела головой, с опозданием замечая подлый меч, нацеленный под ребро. Тонкий, переплетённый из двух лезвий, точно змей, меч с острым кончиком отбил его. Половину лица прикрывала чёрная ткань, но это не помешало Хуа Линь узнать Я Шэня, советника Верховного Владыки Сюэян. Его глаза блеснули золотом под светом парящих освещающих небольших шаров.

Быстро Я Шэнь ушёл в бок, только змееподобный меч рассекал воздух и оставлял фейерверк из алых капель, что тяжестью падали под ноги в грязный снег.

Отделение секты Сюэян произошло четыре года назад, когда Чжи Лань явилась и объявила, что хочет продолжить замысел своего учителя. Верховный Владыка не поддержал, как и Жрица. Они давно разговаривали о полном уходе от жестокой техники и переходе на так называемые гуманные учения. Тогда подвернулся удачный момент.