Книга Смерть на Кикладах. Сборник детективов №5, страница 68 – Сергей Изуграфов

— Желаю вам приятного вечера, дамы и господа, — с достоинством произнес Риккардо Фарина, улыбнулся ослепительной голливудской улыбкой и покинул их.

— Вот это сервис! — восхищенно прошептала Лили. — Что ты скажешь, Джеймс?

— Что тут скажешь, дорогая, — несколько рассеянно отреагировал Бэрроу, изучая программку, — У него прекрасный дантист. А сам он просто ми…

— Милейший человек! — хором закончили за него Лили и Софья и весело рассмеялись.

Вскоре зал был совершенно полон. На какое-то время все замерло, но ожидание публики вскоре было полностью вознаграждено: в полной тишине на сцену медленно поднялся грузный мужчина высокого роста с роскошной седой шевелюрой, напоминающей львиную гриву. Одетый в приличествующий событию парадный фрак, он вышел на середину сцены и, не доходя двух шагов до микрофона, застыл, склонив голову на грудь. Затем раздался звучный голос откуда-то сверху и сзади: «Дамы и господа! Мигель Антонио Перес Хименес!» Юбиляр вскинул голову и шагнул вперед, в пятно света от ярко вспыхнувших прожекторов, широко раскинув в театральном жесте руки в стороны, словно он пытался обнять разом весь зал. В ответ зал оглушительно взорвался овацией. Загремели фанфары. Испанец смотрел на зрителей со счастливой улыбкой патриарха. Так он стоял несколько минут. Аплодисменты не смолкали. Смолев, присмотревшись, увидел, что по щеке испанца скатилась слеза. Затем юбиляр все-таки взял в руку микрофон. Рука его взволнованно дрожала.

Хименес говорил по-английски с сильным испанским акцентом, но говорил уверенно. Было видно, что язык он знает прекрасно. Поблагодарив всех собравшихся, композитор объявил, что премьера его нового произведения состоится в последний день фестиваля, через три дня. Он пожелал всем гостям «приятного вечера наедине с музыкой, которой я посвятил всю свою жизнь», затем вернул микрофон на место, еще раз поклонился и под бурные аплодисменты, собрав множество букетов, покинул сцену, уйдя за кулисы.

Программа первого дня длилась до самого вечера. Музыканты, один за другим, сменяли друг друга, играя произведения юбиляра. Каждый раз встречаемый бурными овациями, Хименес трижды выходил дирижировать оркестром. Лившаяся со сцены музыка была так прекрасна, что время для друзей пролетело совершенно незаметно.

— Неужели уже пять часов? — изумилась Тереза, взглянув на настенные часы в фойе, после того как все вышли из зала. — Удивительно! Какие наши планы, дорогой? — обратилась она к мужу.

Манн вопросительно взглянул на Алекса, молча переадресовав ему вопрос Терезы.

— У нас в планах продолжить вечер наслаждений, — ответил за него Смолев. — Сейчас мы отправимся в ресторан на набережной, где выпьем по бокалу вина, а Кристине сделают сок из очень вкусных апельсинов, попробуем местные лангустины, полюбуемся закатом, до него как раз около часа, и спокойно отправимся на «Афине» домой. Думаю, что успеем к восьми часам, ужин будет в самом разгаре. Петрос обещал сегодня ассорти гемистес: фаршированные томаты, баклажаны, даже цветы кабачков на ужин. Если мы его пропустим, Петрос будет безутешен. Все согласны?

— Прекрасно, я согласна! — ответила Стефания, нетерпеливо потянув Алекса за руку. — Пойдемте же скорее!

— Никаких возражений! — подтвердил Джеймс Бэрроу, потирая руки, а Лили кивнула в знак согласия.