Книга Второй шанс на рассвете, страница 4 – Сова Люськина

— Луна, защити, — подняла испуганные глаза в небо и, напустив морок, помчалась прочь.

Оказавшись на безопасном расстоянии, остановилась отдышаться. Девушка до боли закусила губу, стараясь прийти в себя. Ужас гнал ее назад, в безопасное место, в храм их защитницы. Проскочив охрану, Элая направилась к черному ходу. Молниеносно поднялась по каменным ступеням и оказалась в святилище, высеченном в скале. Внутри царил полумрак, пропитанный атмосферой таинственности и благоговения. Тонко шлифованные стены отражали мягкий свет, вытесняя всякую злобу и тревожность. На громадном алтаре, отделанный серебром, светился священный огонь.

Элая упала на колени и зашептала:

— Сохрани мой разум, сбереги мою душу, защити от врага, помоги обрести себя.

Сердце бешено колотилось, хотя разум твердил, что здесь безопасно. Почему этот внезапный страх сжал грудь ледяными пальцами? Девушка провела ладонью по лицу, пытаясь унять дрожь. Возможно, причина крылась в том, что она слишком долго убегала от своей судьбы, играла в беззаботность, будто ребенок, закрывающий глаза перед страхом.

Огонь потрескивал, отбрасывая тени на стены.

— Стать искусницей снов... — пальцы невольно потянулись к амулету на груди.

Это было больше, чем долг. Это была ее суть: читать знаки в сновидениях, предупреждать об опасностях и стоять на страже, пока племя спит спокойно. Но хочет ли она этого?

Элая шептала, тело колотила мелкая дрожь. Согнувшись, она прижалась щекой к холодным камням. В таком положении ее застала женщина в белом балахоне, расшитом серебряными нитями, нежно погладила Элаю по голове.

— Что с тобой, дитя?

— Жрица Лаи, я почувствовала непонятную опасность, — девушка приподняла голову, — сама Латифика предупредила во сне.

— Что она говорила? — напряженно спросила женщина.

— Не купаться в озере!

— Лучше прислушаться к этому. Не волнуйся, ступай домой. А к полудню приходи. Ты скоро станешь одной из нас, нужно готовиться к обряду.

Элая кивнула и вышла из храма. Солнце поднималось над горизонтом медленно, прогоняя серебряную защитницу. Девушка медленно брела к хижине и не заметила, как дорогу ей преградил высокий юноша. Его мощные плечи и подтянутая фигура излучали силу. Пышные черные волосы сбриты у висков и заплетены в косу, они создавали контраст со светлыми глазами, которые с любопытством рассматривали девушку. Он лучезарно улыбнулся.

— Пташка, ты откуда так рано идешь?

— Из храма, — Элая косо посмотрела на него.

— Все не терпится стать избранной?

— Глупости.

Элая насупилась и обогнула препятствие. Не понимая, почему все хвалили этого воина. Уша при виде него всегда краснела, словно закатное солнце. А она же лишь злилась, когда тот удостаивал своим вниманием.

Отодвинув полог, встретилась с недовольным взглядом матери.

— Ты ослушалась!

— Там был Вир, захотела поговорить, — солгала девушка и наигранно опустила голову. — Прости!

Обман удался, в этом искусстве ей не было равных с детства. Жрица не скажет, что та посещала храм, а этого назойливого воина все любили. Поэтому женщина сразу смягчилась и пригласила помочь ей с готовкой.

— Сей муку аккуратно.

— Я стараюсь.

— Не похоже. Как ты будешь кормить мужа, всю еду растратишь. Потом Вир будет на тебя ругаться, — засмеялась Касея. Но Элая не поддержала ее, только гневно поджала губы и старалась сдержать зевок усталости. Она думала лишь о том, почему так испугалась? Может, это Луна наслала наказание за ее поведение. Девушке снова захотелось спуститься к подножию. Из раздумий вывел приход отца. Он сел рядом с очагом. Жена тут же поднесла ему кружку молока и свежеиспеченную лепешку.