Книга Второй шанс на рассвете, страница 33 – Сова Люськина

Первым глоток сделал Крисан, ощущая, как по венам разливается горячая волна, зажигая внутренний огонь. Не колеблясь, испил Эмерс. После них к чашам потянулись остальные участники ритуала, жадно впитывая в себя живительную магию.

— Я чувствую мощь! — вскричал Валь, его голос дрожал от восторга.

— Сила наполняет тело, — прорычал Енар, его глаза горели безумным огнем, он казался опьяненным внезапно обретенной властью.

Один за другим они пили кровь, их лица искажались в гримасах экстаза и преображения. В их движениях появилась уверенность, а взгляды стали острыми и проницательными. Каждый ощущал, как древняя магия проникает в каждую клетку тела, превращая их в нечто большее, чем они были прежде. Они становились сосудами силы.

— Получилось! — с облегчением и радостью в голосе воскликнул Крисан и повернулся к Элае, чтобы разделить с ней момент триумфа.

Но тут же его лицо исказила тревога. Что-то шло не так. Кровь, вопреки всем ожиданиям, продолжала литься рекой из небольших порезов на теле. Она текла быстрее и обильнее, чем во время ритуала. Он попытался смахнуть ладонью, но она продолжала сочиться, будто из неиссякаемого источника.

— Элая, — с тревогой позвал он по имени, голос дрогнул от страха.

— Мне холодно, — еле слышно прошептала девушка, губы побледнели, а взгляд стал затуманенным.

— Почему она не останавливается? — испуганно проговорил Эмерс, наблюдая за происходящим с ужасом.

Крисан, не раздумывая, сорвал с себя плащ и приложил его к ранам Элаи, пытаясь остановить кровотечение. Ткань мгновенно пропиталась, став тяжелой и липкой.

— Она не простила, — с трудом выговорила Элая, и слабая усмешка тронула ее губы, а в глазах уже читалась покорность судьбе.

— Ее надо увезти! — запаниковал Эмерс и хотел подхватить девушку на руки, чтобы унести прочь от проклятого места.

— Подожди! Попробую вылечить, — отчаянно проговорил Крисан.

Он провел руками над ранами Элаи. На мгновение кровотечение замедлилось, раны начали затягиваться. Но это было лишь иллюзией. В следующее миг кровь хлынула с новой силой, насмехаясь над его потугами. Магия, которой он так гордился, оказалась бессильной перед гневом древних сил.

Сердце Крисана рассыпалось на тысячу осколков, каждый из которых вонзался в грудь с новой, невыносимой болью. Он чувствовал, как его собственная сила, только что полученная из ее крови, теперь превращалась в яд, отравляя изнутри.

Наместники застыли в молчании, их глаза, еще минуту назад пылающие от восторга, теперь отражали лишь растерянность и страх. Кто-то неуверенно переступил с ноги на ногу, кто-то сжал кулаки, но никто не осмелился произнести ни слова.

Крисан подхватили Элаю. Тело казалось невесомым, как лист, обреченный упасть. Эмерс последовал за ним. Правитель перенес избранницу в дом, уложил на мягкие шкуры, но даже их тепло не могло остановить холод, исходивший от нее.

— Элая, прошу... живи... — голос Эмерса дрожал, его пальцы сжимали маленькую ладонь, пытаясь удержать ускользающую жизнь.

Крисан склонился над ней, его руки светились бледным магическим сиянием. Он пытался зашить раны, остановить кровь, но чары рассыпались, как песок сквозь пальцы.

— Почему так?! — его рык был полон ярости и отчаяния.

Элая медленно открыла глаза.

— Ты стал ее возлюбленным... — голос едва слышен. — Она дала тебе свои силы... но теперь убивает меня... из ревности...