Книга Секреты и печати. Нарисуй мне судьбу, страница 96 – Ирина Ваганова

— Мэй... — сипло выдавил я.

Легонечко толкнув меня, Маэлиса выглянула в коридор и крикнула:

— Томас! Матус! Помогите мне спустить вещи.

— Не пущу! — я упёрся рукой в притолоку, преграждая девушке путь.

Она хмыкнула, как-то даже весело, и указала глазами на мой саквояж:

— У вас встреча назначена, не так ли? Мне ничего не стоит дождаться, когда вы отправитесь на неё, и спокойно поехать куда мне нужно.

— Мэй, послушайте...

Пока я подбирал слова для убеждения, ступеньки лестницы заскрипели под тяжёлыми шагами. К нам подошёл хозяин отеля.

— Набережную уже захлёстывает. Находиться там опасно.

— И вы туда же, господин Ловке, — поморщилась, качая головой, Маэлиса. — Поймите же, клиентка заказала мне картину с тонущим во время шторма кораблём. Я не могу это вообразить, ни разу не увидев сбесившееся море! Обещаю не рисковать, найду безопасное место, куда не добивают волны...

— Есть безопасное место! — воодушевлённо воскликнул Ловке. — Правда, это за городом, на полпути к ближайшему рыбацкому посёлку. Там есть мыс Печальной Затворницы. Он выдаётся в море, но значительно возвышается над ним. На самом краю стоит беседка. Там вы будете в полной безопасности, даже ливень не страшен, от него защитит крыша. А вид просто великолепный.

— Почему же вы раньше не сказали мне об этой беседке? — с укором спросила Маэлиса.

— Простите, леди. Я не думал, что вам это интересно. Всё-таки ехать далеко, почти полтора часа.

— Да, вы правы, в хорошую погоду смысла не было. Благодарю, вы мне очень помогли. Не сомневаюсь, что с этого мыса далеко видно, и картина только выиграет от такого ракурса. — Художница посмотрела на меня с улыбкой, полной ехидства. — Надеюсь, самозваный опекун позволит мне рисовать в уютной беседке на высоком берегу?

— Я сам отвезу вас, — ответил я.

— Как же ваши дела? — растерялась девушка.

— Подождут. Точного времени не назначалось, сказали приходить сегодня, я и приду, только не с самого утра.

Экипаж, заказанный мной заранее, ждал у входа в отель. Верх был поднят и надёжно закреплён, защищая пассажиров от ветра и мороси. Возница, устроившийся на козлах, закутался в широкий плащ с глубоко надвинутым капюшоном. Я помог Маэлисе забраться в салон. Увязавшийся с нами сынишка хозяина загрузил этюдник, ящик с картоном и большой зонт, запрыгнул в карету и забился в дальний угол.

Я подошёл к извозчику:

— Маршрут изменился. Сначала едем на мыс Печальной Затворницы, оставляем там художницу и парнишку, потом возвращаемся в Сэльнон. Я выйду около кладбища, а ты вернёшься на мыс и будешь ждать, когда леди закончит рисовать.

— Это другая цена, господин, — угрюмо ответил бородач.

— Назови, я дам вдвое.

Отсчитав монеты, я залез в экипаж, уселся и взглянул на сосредоточенно рассматривающую свои скрещенные руки девушку. Карета дёрнулась, зашуршали по мокрой мостовой колёса. Я не сразу решился заговорить:

— Мэй, вы сердитесь?

— Нет, что вы придумываете, граф. Даже не собиралась. Мне приятна ваша забота.

— А почему такое личико серьёзное?

— Думаю... Так странно мыс называют. Кто эта печальная затворница? Она жила неподалёку и прогуливалась там, любуясь морем? Или, быть может погибла, упав со скалы?

— Она тоже рисовала там! — проявил осведомлённость Матус. — Беседку и строили по заказу этой затворницы.