Книга Зеленоглазое проклятие, или Тьма ее побери!, страница 98 – Елена Княжина

Ужинали мы с Долией вдвоем: отец должен был вернуться из Либтоуна только к ночи. Болтали о том о сем… В основном о загорелом сире в заляпанном плаще, что заявился в наш дом в день памяти матери и предложил свои услуги.

И еще о том, как Долия обыскалась плотных сорочек в магазинчиках Аквелука и в итоге прикупила их в лавке у храма Имиры. Почему-то хитанец потребовал, чтобы на мне всегда были новые, а сама я – свежая и искупанная. Мерзавец!

Потом экономка долго рассказывала мне любимый рецепт супа из молодого квахара. Подается со сметаной и ржаными тостами. И так загорелась идеей, что обещала завтра же его приготовить до моего отъезда.

— Эйви?

Мой сюрприз удался: отец поперхнулся, закашлялся и спал с лица, застряв на пороге кухни. Бросил нервный взгляд в темноту за окном. Там как раз отъезжал маг-вояжер, следуя по маршруту.

— Я бегаю быстрее, – предупредила родителя, чтобы даже не думал бросаться к выходу.

— Знаю, малышка.

Я попыталась улыбнуться, но по тому, как папа отшатнулся, поняла, что ни гхарра у меня не вышло.

— Нам бы поговорить. Но можешь сначала поесть: Долия запекла филе гхарра в яблоках, – разрешила милостиво, буравя его глазами.

— Да что-то аппетит пропал, милая, – пробурчал отец, бросая на пол чемодан и свернутую трубочкой газету. Прошелся отрешенно по коридору, повесил плащ и, судя по скрипу, завалился в свое кресло в библиотеке. – Ты идешь, Эйви?

Вот так сразу? Иду… Конечно иду.

— Если бы ты предупредила о приезде, я бы вернулся раньше. – Он почесал седой висок и посмотрел на меня виновато.

Ну-ну… или бы скрылся в ташерских льдах.

— Па-а-ап… – Я опустилась на край стола, сдвинув бедром неразобранную стопку книг.

— Он сказал, да? – Потер лицо, сгоняя с щек сонную расслабленность.

— Сказал.

— Вот и верь после того хитанцам. Обещал ведь дать время!

— Я надеялась, что сир Рэдхэйвен ошибается. Заблуждается. Нагло врет, – перечислила варианты, пытливо всматриваясь в его морщины. Я всегда чувствовала, если папа недоговаривает. – Он утверждает, что ты… Ему! Меня…

— Не ошибается, – выдал убийственно честно, откидываясь на спинку кресла. – Не заблуждается. Не врет. Эйви, ты не должна была узнать об этом сейчас. Вот так.

— Правда? – Вскочила со стола и принялась наматывать круги по библиотеке. – А как бы я узнала?

— Как положено, – пожал плечами. – Официально. Он бы приехал с коротким визитом… Попросил бы для виду, как это всегда бывает.

— А это часто бывает? – ужаснулась дикостям столь прогрессивного мира. Многого же я не знаю об Эррене. – Они… хитанцы эти… вот так берут, приезжают, просят чего угодно… и им дают?!

— Ну отчего бы не дать? – вздохнул отец, вгоняя меня в шок. – Если официально и как положено. В тебе, между прочим, как и в матери, течет кровь тэль Лаэлей. Смешанная, конечно, и забытая в веках, но…

— Папа! – возмутилась с обидой. – Я ведь не какой-нибудь анжарский скакун, чтобы продавать меня первому встречному! И кому? Столичному выскочке, по выходным шуршащему королевскими юбками в поисках неожиданностей…

— Эйвелин! – резко осек меня отец. – Давай, пожалуйста, без грязных газетных сплетен и непристойностей в нашем доме? Я не мог отказать. Любого другого я бы послал к гхаррам в филейные закрома. Аэтому столичному выскочке – не мог!