Книга Светлая любовь Темного Лорда, страница 150 – Константин Фрес

Ловит горячим ртом соски.

Спускается ниже, оставляя дорожку поцелуев на подрагивающем от бешеных ударов сердца животе и властно разводит в стороны мои колени.

— Я понял. Там у тебя самое горячее, самое чувствительное местечко.

Он касается его, и тело мое снова наполняется силой.

Я выгибаюсь, словно тугой лук, и кричу — потому что не ожидаю касания его губ там.

Потому что там — словно обнаженные нервы.

Он ласкает меня мягко и безжалостно одновременно.

Заставляя меня сгорать от стыда и от блаженства.

И когда в моем теле снова разгорается пожар, предвещающий неземное блаженство, Вейлорн вдруг прекращает свою изощренную пытку.

Он подминает меня под себя, наваливается всем телом и жадно овладевает мной.

Так резко и жестко, что от одного этого у меня перед глазами вспыхивают белые звезды.

Он движется в моем теле, продолжая это невероятное наслаждение, которое я выдыхаю рваными грубыми стонами. Мне хочется кусаться и царапаться, как хищному зверьку.

И я безжалостно кусаю Вейлорна в плечо, мстя ему за подаренное невероятное наслаждение.

— Ты моя, Дея, — шепчет он, тяжело дыша, наполняя горячим дыханием мои волосы. — Моя, и так будет всегда.

А потом настало время и для государственных забот.

Ибо пробудилось Древо, а вместе с ним и все те, о ком Вейлорну надлежало заботиться.

Мои братья и сестры…

Их Вейлорн велел устроить в лучшие семьи, которые дадут детям лучшее воспитание. Научат их ремеслам. Разумеется, жить во дворце они не будут.

Я — Темная дева. Мое место рядом с Темнейшим.

Но все должны иметь свое место в этом мире. Все должны работать и приносить пользу.

И мои братья и сестры когда-нибудь обретут собственные лавки в Древе, где будут либо ковать лошадей, либо изготавливать оружие и стрелы, либо шить, стирать и готовить пищу.

И если им захочется, они вполне смогут уйти обратно в наш городок.

Судьба рабов их миновала. И мать с отцом не продадут их в недобрые руки. Они вольны будут сами выбирать свою судьбу.

Сразу же после решения судьбы моих родных Вейлорн подозвал князей, среди которых особенно был выделен Альфсол, и объявил им о том, что Совета больше нет.

— Нет больше силы, что разрешит споры и оградит от беды, — произнес Вейлорн. — И потому нам нужен новый Совет. Те, кто будут помнить о коварстве Элениэль, и те, кто будет хранить и защищать наш народ от смерти.

И он попросил Мрака занять место за столом Совета.

— С радостью, — ответил Мрак, сдержанно поклонившись. — Но только вместе с моим названным братом.

И он указал на Стажа.

Тот выжил в страшный час, когда Древнейшие отдавали свою силу Вейлорну.

Или же хитрец Мрак смог как-то уберечь его.

Да только Страж был не рад этому.

— Я должен уйти вслед за моим народом, — хрипло произнес он. — Стыд жжет меня невыносимо. Я обманут и предан! Я не сдержал своей клятвы!

— Значит, будешь в Совете бдителен, как никто, — произнес Вейлорн сурово. — Служи. Суди. Храни. И восстанови свою честь! Редко кому выпадает второй шанс. Тебе он дан. Так не потеряй его и не отказывайся зря.

Что ж, приказы Вейлорна не обсуждаются.

И Страж промолчал, почтительно поклонившись и отойдя в сторону к Мраку.

Третьим членом Совета стал Альфсол.

— Ты смел и справедлив, почтителен и высокороден, — заметил Вейлорн. — И очень умен. Даже мудр. Общее благо для тебя выше предрассудков. Я очень хочу назвать тебя своим другом и наградить тебя по заслугам.