Книга Светлая любовь Темного Лорда, страница 122 – Константин Фрес

— Но что я могу сделать? — развела руками я.

— Собрать тех, кто не рад Темной Королеве, — ответил князь. — Кому-то ее ярость и сила придется по душе, но не всем. Лишь тем, кто хочет все решать огнем и мечом. Тем, кто втайне силой жаждет отнять что-либо приглянувшееся у другого. Тем, кто лучше выживает в хаосе, чем в мире. Прочие же желают жить и радоваться наступающей весне. Любить и растить детей.

— Одного кулона для этого маловато, — возразила я.

— Не кулона, — возразил князь. — Не только кулона, — поправил он себя. — Вейлорн перед тем, как золотая стрела его пронзила, спросил — хочет ли Элениэль узнать силу его темной мощи. Он призвал эту мощь. Я видел, как он звал ее. И покорится она лишь ему — или тому, кто отмечен его милостью. То есть, тебе. Значит, нужно найти место его силы и принять ее.

Ох, как задрожали у меня поджилки!

В мои руки Вейлорн вложил огромную силу и власть!

А кто я такая, чтоб совладать с ней?!

И смогу ли я?..

— Не лучше ли дождаться, когда Вейлорн проснется? — слабо возразила я. — И возьмет свою силу сам?

— Он не проснется, — горько ответил князь. — Без помощи Совета, без их магии, без их разрешения — не проснется. А Элениэль сделает все, чтоб Совет этого разрешения не дал.

Он со злостью ударил кулаком в стену.

— Одни только небеса знают, почему Совет одобряет все, что творит эта безумная женщина, — прошептал он. — Отчего Совету все равно, что станет с народом Древа! Ведь не все отведали сока пробуждающегося Древа, не все смогут дальше продолжить жить, без Вейлорна. Маниакане уже падают с ног. Они первые жертвы. Они не смогут работать в шахтах и копях. Не смогут валить сухостой, не смогут разгрести бурелом. Не обеспечат нас дровами и углем. Мы не сможем приготовить пищу. Не сможем обогреть жилища. Что это будет за жизнь?! Да и общество десяти избранных вельмож скоро наскучит. И что делать тогда?

— Разве Элениэль этого не знает? — удивилась я.

— Наверняка знает, — ответил князь. — Но она воистину безумна! Безумна! Я слышал, она послала гонцов к жиле, наполненной живым соком. Пока та не пересохла, Элениэль хочет взять весь ее сок и поить им тех, кто присягнет ей на верность. По глотку на каждого — она соберет армию, даже если до того ей присягать не собирались. И тогда она станет полноценной владычицей. И мы с ней не справимся. Никогда не справимся.

— Этого допустить нельзя, — произнесла я решительно. — Что ж, если нет Вейлорна, то есть я и осколок его души.

Князь поклонился мне, обрадованный тем, что я решилась.

— Приказывай, — торжественно произнес он.

— Вейлорн хотел спросить у Совета, как так вышло, что слово Элениэли стоят дороже, чем слова и воля Темнейшего, — произнесла я. — Вот это и сделаем.

— Совет, — произнес князь и содрогнулся. — Древнейшие… Они упрямы и своих решений не меняют. А за бунт могут ужасно отомстить нам.

— Они уже отомстили, — ответила я. — Послав нам Элениэль, которая слепа и равнодушна в своей жестокости. Она готова убивать просто так, ради утоления своей жажды мести, или чтобы причинить боль. А Вейлорн говорил, что может явиться на Совет и разметать его в щепки. Значит, у него достаточно сил для этого. Значит, сможем и мы.

— Вейлорн мог бы, — нехотя согласился князь. — Хорошо. В конце концов, нам терять нечего! Идем.