Книга Развод: Я стала другой, страница 38 – Сур Шамс

И в этот момент, прямо за его спиной, заметила движение. Не сразу, но потом я увидела их. Максим и Катя. Мои дети. Два силуэта в темноте, их маленькие руки удерживались за руки одного из тех уродов. О, как я их узнала, как почувствовала их присутствие. Они были напуганы, но живы. Это было то, что я так отчаянно хотела. Слёзы буквально полились на мои щеки. Сдерживала их, но они не слушались.

— Мама! — вскрикнула Катя, её глаза, полные страха и боли, искали меня. Она пыталась вырваться из рук похитителя, но тот сжимал её руку ещё сильнее.

— Тихо! — рявкнул второй человек, и я услышала, как его пальцы сильно вонзаются в маленькую руку Кати. Сердце моё сжалось, но я не могла позволить себе показать слабость. Ни капли.

Сделала шаг вперёд, и сразу же почувствовала, как воздух вокруг стал тяжелым. Передо мной стоял человек с пистолетом, его рука была напряжена, а взгляд — острым, как нож. Он поднял оружие и в упор посмотрел на меня.

— Никаких глупостей, — сказал он, его голос холодный, но в нём была эта нестерпимая угроза. — Иначе следующая пуля будет для них.

Я замерла, чувствуя, как страх проникает в каждую клеточку моего тела, сжимая сердце. Что мне делать? Как спасти их? Каждый вдох казался мне тяжелым, как будто я пыталась дышать под водой. Я смотрела на детей, которые стояли перед ним, как живые щиты, и знала, что если я не сделаю что-то прямо сейчас, то потеряю их. Их лица, их глаза — все было на волоске.

В этот момент раздался громкий звук сирены, и весь склад, казалось, осветился ослепительным светом. Я подняла голову — со всех сторон появлялись полицейские в броне, их лица скрыты под масками. И вот, как гром среди ясного неба, раздался голос через мегафон.

— Руки вверх! — слова оглушали, как удар молнии. — Вы окружены!

Человек с пистолетом резко повернулся, явно не ожидая такого поворота событий. Он был потрясён, даже немного растерян, и я увидела, как его рука дрогнула. Второй похититель, стоящий рядом, тоже замер, сжимая моих детей.

— Не двигайтесь! — закричал Джон, выходя из-за укрытия с поднятыми руками. Его голос был решительным, но в нём чувствовалась тревогу. — Мы можем решить это мирно.

— Если вы сделаете хоть одно движение, я убью их! — вопил человек с пистолетом, его голос был полон паники, он не мог скрыть, как он дрожал от страха. Это было как наблюдать, как кто-то уходит в пропасть, теряя всякую опору.

Я стояла, почти замороженная, в этом аду, и ощущала, как в груди сжимается холод. Мои руки были потными, а сердце било в груди так сильно, что я думала, оно вот-вот вырвется наружу. Это был момент, когда я понимала: если ошибусь хоть на миллиметр, всё будет кончено. Мои дети… они были так близки, но и так далеко.

Полицейские начали медленно двигаться, по одному, сдержанно и осторожно, словно зная, что любой резкий шаг может разрушить весь этот тонкий баланс. Джон не прекращал говорить, его слова лились, как попытка успокоить бурю, но я слышала, как каждый его вдох становился всё более напряжённым.

— У вас есть шанс сдаться, — произнёс он, пытаясь донести до них хоть какое-то понимание. — Если вы отпустите детей, мы гарантируем вам более мягкое наказание.

— Заткнись! — крикнул человек с пистолетом, его лицо искажалось от ярости. — Я ничего не собираюсь делать!