Книга Серебряные нити Шардена. Пепел и тис, страница 94 – Мари Ларина

— Прелестный выбор, Айлин, — вновь с этим колдовским мёдом в голосе произнёс он, щёлкая пальцами и выуживая из воздуха… чайничек. Который тут же с грацией кота поставил передо мной. — Чабрец… ммм. Он невероятно идёт тем, кто носит в себе дыхание ветра. — Он склонился, словно что-то хотел прошептать, и тонкий аромат его духов — древесный, пряный, с какой-то эльфийской свежестью горного тумана — ударил мне в голову, как вино. — А вы, сударыня, точно из тех, кто умеет ускользать.

Что ты несёшь, Лиандор⁈ Но боги, пусть несёт!

Моё сердце в груди — тук-тук-тук, как сбившиеся часы, которые давно никто не заводил. Я засмеялась — как-то неуверенно, глупо, и сразу возненавидела себя за это. Хотела что-то ответить — колко, по-взрослому, с достоинством, как Айлин, привыкшая держать лицо. Но язык вдруг оказался тяжёлым, а губы — предательски сухими.

А Лиандор уже наклонялся к Эльсе, и та, разумеется, цвела, как мак на солнечной поляне. Они обменялись парой игривых фраз, и я, чувствуя, как мои ладони начинают мокнуть от жара, не знала, что меня больше раздражает — его легкомыслие или моё волнение.

Пока он обслуживал наш столик, я наблюдала. Точнее — глазела. За каждым его движением, за игрой мышц под тканью, за тем, как в уголках его глаз прятались мелкие смешинки, как прядь волос норовила упасть на висок — и он, чёрт бы его побрал, каждый раз убирал её пальцами, не торопясь.

Когда он удалился, пообещав скоро принести ещё медовых лепёшек «от шефа» (и почему-то подмигнув только мне), я чуть не обрушилась спиной на стенку кабинки, сражённая.

— Эльса, я… мне кажется, я сейчас всерьёз подумаю о переезде в переулок Багровой Ивы. — выдохнула я, чувствуя, как внутри всё вибрирует, как струны гитары.

— Ну наконец-то, — довольно ухмыльнулась подруга, отпивая чай. — Я уже боялась, что ты окончательно заросла своими тенями. У всех должен быть Лиандор. Для профилактики. Я покраснела. В голове всё ещё звучал его голос.

«А вы — из тех, кто умеет ускользать.» Ха. Хотелось бы. Хотелось ускользнуть — от этих глупых, волнующих чувств, от стеснения, от того, как предательски дрожали пальцы. Я улыбнулась подруге, а потом захохотала от её чудесной шутки. Как дура. Как девчонка. Как ведьма, которую только что провели. Лиандор. Ну и имя. Словно заклинание.

Лиандор вернулся не спеша, как теплый ветер с морского берега — такой же ленивый и слишком красивый, чтобы с ним спорить. В руках у него была деревянная дощечка, на которой, как на жертвеннике, возвышались два круассана — горячие, ароматные, слоистые, будто только что вынутые из объятий солнечного духа. И те самые медовые лепёшки от шефа. Круассаны — произведение искусства! — один был мой, с аппетитной ветчиной и таявшим сыром, другой — с салатом, сочной красной рыбой и политый каким-то особенным соусом.

Эльф шутливо поклонился, поставив угощение между нами. Горячий аромат выпечки опьяняюще вскружил мне голову, а голос официанта был как бархат в полутьме — мягкий, чуть хриплый, с мелодией, которую так сразу не угадаешь, но сразу хочешь запомнить.

— Спасибо, — выдохнула я, даже не осознавая, как одними пальцами приглаживаю ворот платья, а другими уже тянусь к круассану.

— Наслаждайтесь. И не забудьте загадать желание перед тем, как сделать первый укус. — Он вновь подмигнул. Но не мне. На этот раз — Эльсе.