Книга Серебряные нити Шардена. Пепел и тис, страница 50 – Мари Ларина

Он бросил короткий взгляд на нас, будто убеждаясь, что зрители на месте, не сбежали в страхе, а затем повернулся к Ирису вновь — ещё холоднее, ещё больше сокращая расстояние между ними.

— Так что сядь. Закрой рот. И, если тебя это не слишком утомит, выслушай. — процедил он сквозь зубы, вроде сухо, но ощущалось, как килограмм соли, высыпанный на свежее ножевое ранение.

Ирис фыркнул и отошёл к окну, словно ему просто стало скучно, а не его только что разгромил теневик.

— А теперь — доброе утро, дамы, — опустившись в своё рабочее кресло, сказал он голосом, в котором сочеталась осенняя гроза и пара недописанных приказов на казнь. — Надеюсь, вы успели выпить свой кофе, пока здесь ещё не началось настоящее, жуткое утро. — он, чуть смягчившись, посмотрел на нас.

Сегодня на нём, как обычно, было чёрное — волосы цвета зимней ночи убраны в низкий хвост, обсидиановый шёлк рубашки поймал тот самый единственный лучик солнца — я невольно залюбовалась этим бликом, он буквально кричал о роскоши и дороговизне этого предмета туалета Хаэля. На скулах — лёгкая небритая тень усталости. На губах — как всегда, строгий намёк на недовольство. На шее — еле заметная родинка, которую… возможно, я, при других обстоятельствах, рассматривала бы гораздо дольше. Я похихикала про себя, отбрасывая эту бредовую мысль.

— Почти, — откликнулась я, с наигранной невинностью, кидая на Ириса весёлый взгляд — друг надулся в углу как воздушный шар и закатил глаза, заметив мой взгляд. — Шеф, будешь кофе? Мы захватили у Лавра. Ирис, — призвала я нарушителя утреннего спокойствия. — Чай. Чай — Ирис. — Талькар сдался, подходя ближе, и я вручила ему стаканчик чая. Вор по-хозяйски пододвинул к себе стул от другого стола и, повернув его спинкой вперёд, сел рядом. Видимо, он понял, что наорал на Магистра несправедливо. Спрошу позже, что они не поделили на этот раз. Вообще, они часто переругивались по мелочам и нет — но всегда быстро остывали. Милые бранятся — только тешатся. Один раз я озвучила это после их очередной перепалки… Хаэль с Талькаром тогда бросили на меня такие взгляды, что я стала цвета мантии Совета — от самых корней волос до кончиков пальцев.

Эврен, едва заметно прищурившись, посмотрел на наши стаканчики, как на прямое доказательство вторжения в его личное пространство. Я уже приготовилась выслушивать тираду от теневого болвана — но, к моему огромному удивлению, он благодарно кивнул и взял свой кофе — это был единственный стаканчик коричневого, а не зелёного цвета. Лавр определённо знал толк в настоящем сервисе, он крылся именно в таких мелочах! — и отпил ароматного варева, даже без ругательств, что я взяла не тот сорт/зерно/не с тем молоком/не в то положение планет на небе. Обалдеть. Молчание в кабинете повисло густым и плотным, как пар в аптекарской травяной сушильне.

Кто-то прихлёбывал, чтобы подействовать Хаэлю на нервы — кажется, Ирис, с показным равнодушием смотря в окно со своего стула. Эльса рядом притихла, раскладывая на коленях записную книжку со сплетнями и попивая чай. А я… я просто смотрела на Эврена, параллельно следуя примеру остальных и вкушая потрясный чай. Он, не спеша, пил кофе. Маленькими глотками. Как человек, который знал цену времени — и которому нужно было нащупать каждое слово прежде, чем пустить его в этот мир.