Книга Цвет ночи. Обжигающий неон, страница 107 – Лера Виннер

Они оба вымотались, наговорились на износ, и ещё больше устали от того облегчения, которое в этот разговор принёс Дэн. В его присутствии всё необъяснимым образом становилось проще, и отчасти именно поэтому Эрика отправила его спать — некоторые вещи не могли обсуждаться при нем, потому что слишком велико было искушение переключиться.

— Кто-нибудь ещё знает?

— Нет.

— Мердок?

— Ему, скорее всего, известно, о самом факте, но не о цене.

— Хорошо, — она приложилась к бокалу снова и поставила его рядом с собой, чтобы иметь возможность удерживать ладонь Зейна обеими руками, легко и ненавязчиво поглаживать пальцем линию жизни. — Я рассказала ему про нас. Сам не поняла, как это получилось.

Зейн застыл, на мгновение почти сливаясь с камнем.

— И что он?

— Он будет на твоей стороне, даже если выяснится, что ты жрешь младенцев.

— Я никогда не жрал младенцев.

— Хотя бы это хорошо, — она хмыкнула, чуть склонила голову, чтобы коснуться середины ладони губами.

— Эрика.

— Заткнись.

То, с какой готовностью она шла на эту близость, могло напугать или подарить ложную, лишенную каких-либо оснований надежду.

Решив для себя, что оно того в любом случае стоит, Зейн обнял ее крепче. Так, как не стал бы обнимать любовницу, но так, как можно было прижать к себе свое Творение.

Она снова не возразила, не насторожилась, не попыталась освободиться.

Перерождение Дэнни словно всколыхнуло в них обоих нечто, давно оставленное в прошлом. Этот момент можно и нужно было использовать, чтобы заговорить о запретном, произнести вслух хотя бы часть того, что в нормальном состоянии она попросту откажется слушать.

— Я правда не доверил бы его никому другому.

— Ты просто знал, на что надавить.

— Да, не без этого. Но никого другого для него я бы все равно не хотел.

Она немного развернулась, пытаясь поймать взгляд, и с некоторым удивлением обнаружила, что глаза Зейна сделались нечеловеческими, слишком черными.

— Предвидел, что я уступлю и не пошлю тебя к черту?

— Скорее, наоборот, был уверен, что ты даже приближаться к нему не позволишь.

— Мне почему-то кажется, что ему трудно будет что-то запретить. Так что ты говорил о моей крови?..

Зейн помедлил с ответом, припоминая. Потянулся за бокалом, и Эрика передала его, забавляясь этим замешательством.

— Когда?

— Ты сказал, что его опыт в сочетании с моей кровью увеличивают наши шансы на то, что волчонок превратится в мясника. Что это значит?

Он сделал еще глоток, отставил полупустой бокал с видимым облегчением.

— Я все же отношусь к категории Старейших, если помнишь. И могу отличить просто кровь от крови, обладающей большим… потенциалом. Кем бы ни был твой донор, ты сделала хороший выбор, Мистрис Эрика.

— Ты не хочешь узнать, кто это был? — отогнав малодушную мысль о том, чтобы выпить еще, она повернулась, одарила его шальной и мимолетной улыбкой. — Я думала, это будет первое, о чем ты меня спросишь.

— И ты бы ответила?

Зейн вскинул бровь, копируя ее жест, и так легко оказалось потянуться, коснуться этой брови губами.

— Разумеется, нет.

— Тогда какой смысл спрашивать? — он удержал ее за затылок, интуитивно понимая, что именно сейчас это сделать можно.

Прислонился к ее лбу своим, закрывая, наконец, глаза.

— Я так по тебе скучаю. И ни о чем не имею права и не собираюсь тебя спрашивать. Но это до сих пор странно. Даже до конца не верится, что всерьез: ты Смотрящая над большим городом, сама чья-то Мистрис, которой я больше не нужен. А я схожу по тебе с ума.