Книга Цвет ночи. Темная лазурь, страница 93 – Лера Виннер

— Да, я буду в «Александрии», — Эрика поднялась тоже.

Настроение испортилось бесповоротно, собственная бестактность серебряным клинком прошлась по нервам и чувствам.

Нужно было срочно отвлечься, переключить не только собственное, но и чужое внимание, и она перевела взгляд на Дэна.

— Пришли мне свою электронную почту.

Пацан кивнул и тут же потянулся за телефоном, чтобы отправить адрес.

— Готово.

Эрика выждала ещё пару секунд, удостоверяясь, что сообщение доставлено.

— Спасибо. И за это, — она кивнула на разложенные на полу фотографии. — Тоже.

Дэн опустил взгляд, рассеянно кивнул, но ничего не сказал.

В новой, дополненной более глубокими и яркими ощущениями, реальности «Александрия» показалась особенно уютной и праздничной.

Эрика быстро, не задерживаясь, поздоровалась с персоналом, кивнула паре посетителей, но подходить не стала. Оба вампира были старше ее, хотя и не намного, и от них недвусмысленно тянуло ожиданием, что Смотрящая выразит почтение.

С гораздо большим удовольствием она продемонстрировала бы им средний палец, либо вовсе ввязалась в хорошую драку.

От самой себя было противно.

Необходимость погрузиться в незаконченные накануне дела отвлекала, но не избавляла от этой гадливости полностью.

Попытки даже мысленно обвинить Зейна в лицемерии выглядели откровенно смехотворными на фоне лицемерия собственного. Сегодня она ударила по больному не от злости, не за что-то, просто так, походя. Теперь же, безобразно отвлекаясь от работы, вновь и вновь возвращалась к мысли о том, что в этом поступке было хуже: то, как Зейн это принял, или собственные воспоминания о том, каков его член на вкус, как неожиданно легко все получилось, будто и не было перерыва на целый век…

Нужно было немедленно прекращать либо думать об этом, либо вести себя как…

Как Смотрящая. Как победительница.

Они оба отлично видели грани, которые Эрика тысячу раз имела возможность перейти, но по каким-то причинам не стала. Если бы он эа сама могла назвать эти причины…

Внимание рассеивалось, сосредоточиться не выходило.

Отчасти, из-за неуместного, по сути, чувства вины. Отчасти, — из-за стремительно нахлынувшего возбуждения, заставляющего себя почти ненавидеть.

Не успел Зейн оказаться в зоне ее досягаемости, как новоиспеченная Мистрис Смотрящая нашла себя у его ног?..

Эрика не хотела считать, старался не анализировать. Не позволяла себе бросить в лицо своему отражению в зеркале правдивое и напрашивающееся сама собой: «Неудачница».

В конце концов, это был всего лишь порыв, возникший под влиянием ситуации. Досадный инцидент, о котором, к чести Зейна, они по умолчанию забыли.

Жалкое подобие былого пламени, мелькнувшее в состоянии измененного сознания.

Никакого сравнения с прежней почти физической потребностью и жаждой, которую не представлялось возможным утолить.

Фантомная боль, с которой достаточно легко справиться.

Несправедливо и мерзко было наказывать за нее другого.

Особенно того, кто давно забыл и пошел дальше.

Эрика договорилась с собой лишь придя к выводу, что извинится. По-настоящему и наедине.

Насколько бы нелепым это ни было, это было нужно в первую очередь ей самому.

Утратив возможность касаться ее мыслей и чувств, Зейн всё равно как будто знал. Сообщение от него пришло спустя десять минут после того, как она, сформулировав необходимые выводы, смогла погрузиться в работу. Оно было коротким, но интригующим, содержало только адрес и подпись: «Сегодня здесь может быть интересно».