Онлайн книга «Ложка меда в канистре бензина»
|
— Ну и?.. Шура, дальше что? — Вот я и говорю, пришла, а она, ну, Наталья, с кем-то ругается. Думаю, подожду, села там на ящик, собаки-то меня знают, не гоношились. Слышу, стыдит их Натальиванна, а они бурчат, бубнят, потом орать начали что-то про деньги… Потом один, вроде бы главный у них, красивый такой, как артист из кино про Хюррем, угрожать начал. Говорит, если не согласишься по-хорошему и за деньги, сделаю по-плохому и бесплатно, все равно твоих блохастых тут не будет! А Наталья ему говорит про охрану, про запись какую-то, про полицию опять, потом сказала, что сам мэр этот ее приют поддерживает. Этот красивый засмеялся и говорит, да пусть хоть премьер, все равно будет так, как мне надо. И уехали они. Две машины большие черные, ну, джиперы, Мура их тоже видел потом. — А дальше? — Ну я подождала, хотела подойти к ней, а она в дом пошла и по телефону с кем-то разговаривала… Я ушла, потом пришла, а там уже ребята бесплатные прискакали, я и не полезла. А эти, на джиперах, еще приезжали. Я видела два раза. Но с того дня Наталья на ночь свет на заборе не выключала, даже добавила — больше фонарей стало, и нашего Ивана Петровича сторожить позвала. Ему быстро красивую такую бытовочку поставили — с туалетом внутри, с телевизором… — Так вы у него про Хюррем смотрели? — Меня это не интересовало, но под бубнеж лучше думается. Шура стала рассказывать, что про Хюррем она смотрела у Гали, с которой «по колбасу» ходит, ее хахаль телевизор старый приволок и к какой-то бандуре подключил, провода забросил на столб, вот теперь там они все и смотрят — иногда очень хорошо, с цветом, а иногда и черно-белым, но все смотрят… Итак, Наталье угрожали. Есть свидетели. Возможно, разговоры она записывала. Видимо, обустроенная и облагороженная, с коммуникациями, территория приюта приглянулась кому-то на джиперах. И эти кто-то хотели выкупить землю, ликвидировать приют. Несмотря на то что Родионову поддерживает и городская, и республиканская власть?! Если поднять шум в СМИ и привлечь общественников, да при поддержке властей, можно ведь не бояться? Наталья и не боялась. Но освещение улучшила, наверное, и сигнализацию тоже, живого охранника взяла, создала ему человеческие условия. Вон Шура говорит, что, если б их всех позвала, пошли бы защищать Наталью, а джиперы в речку бы столкнули. Представив эту картину, я невольно усмехнулась. Шура заметила и расценила по-своему. — Зря смеешься, — с досадой сказала она. — Наталья многим из наших помогла. Не только работу давала и платила честно! Вон, когда Лялька рожать начала, да тяжело так, с кровью большой, ее сынок Ильдарик к Наталье побежал, кричал, что мамка помирает… Так Натальиванна «Скорую» вызвала, заставила врача Ляльку в роддом отвезти! Не знаю, может, просто денег дала, а может, засовестила. Только Лялька родила девочку нормально и больше тут не появлялась, потом Ильдарик ящик пива притащил — проставился и тоже исчез куда-то. Говорили наши, что Наталья Ляльку на работу на птицефабрику пристроила, комнату ей с детишками дали. — Значит, Наталья Ивановна не только собак спасала, но и людей… — А то! Одного ж без другого не бывает: если ты к животинке добр, то добрый и к человеку, — оживилась Шура, но сразу пригорюнилась. — Многие наши Натальиванну добрым словом помянут. Говорили, она семью свою потеряла — муж и два мальчика на машине разбились… |