Онлайн книга «Ложка меда в канистре бензина»
|
Звереющий на глазах Резников — зрелище не для слабонервных. Может, поэтому я так наслаждалась? От почти мурлыканья через издевательские нотки в риторических вопросах к зловещему шипению в утверждениях, и — финальный удар, прямо-таки выстрел!.. Виктория молчала, опустив плечи и голову, рыжие пряди закрыли лицо. Но ведь она не девочка и не служанка, чтоб позволить так с собой разговаривать! Почему педагог домашнего обучения и психолог, помогающий ребенку с особенностями развития взаимодействовать с внешним миром, терпит такой тон, такое унижение?! Чем-то Резников ее держит, не иначе. А вот сейчас и спрошу! — Игорь Брониславович, — мягко произнесла я. — Зачем же вы так? Виктория Наумовна… — Виктория Наумовна — дура набитая, — неожиданно зло хохотнул Резников. — Нет, ну, как специалист в своей области… пардон, в своих областях, она, не исключаю, сильна, но в жизни… И тут, как говорится, на глазах изумленной публики, произошла удивительная трансформация. Так в ускоренной съемке из куколки гусеницы вылупляется бабочка. Виктория подняла голову, тряхнув своей рыжей лохматостью, спокойно посмотрела на меня, потом повернулась к Игорю. Я была поражена переменой во всем ее облике. — Мой дорогой Гарри, — с улыбкой произнесла эта обновленная женщина. — Я не дура, и тебе это известно. Я понимаю твое состояние, причем не только как психолог, но и как в прошлом близкий тебе человек. Я тоже несколько сломалась, меня выбила из равновесия смерть… в последнее время очень дорогого для меня человека. Я понимаю, что ты чувствуешь: ситуация вышла из-под контроля, а ты к такому не успел подготовиться. Поверь мне, я умею разговаривать с людьми так, чтоб они не поняли, что я сказала. Это о помощнике следователя. Теперь о главном… Бабочка была прекрасна! Ее великолепные крылья точно били по самолюбию и самомнению весьма влиятельного, сильного, а для кого-то и страшного человека. Резников смотрел на Викторию в упор; губы иногда кривились в усмешке, но глаза оставались холодными. Она говорила негромко, но очень уверенно. Вообще-то, сию метаморфозу можно понять: стресс от убийства недавнего любовника столкнулся со стрессом издевательства давнего… Ну а минус на минус, как известно, дает плюс, вот она и… очнулась. Главной задачей Виктория считала адаптацию Регины, как она выразилась, к новой реальности. Что ж, очень профессионально. Да и по-человечески понятно. — Давайте смотреть правде в глаза, — спокойно говорила Виктория, при этом глядя в глаза мне. — Олег планировал переезд в Турцию по каким-то коммерческим делам, он не вдавался в подробности, но очень опасался реакции Регины на новую страну, опять же, расставание с бабушкой и дедушкой могло негативно сказаться на душевно-психологическом состоянии ребенка. Теперь, как я понимаю, тема переезда закрыта, так что нам с Региной предстоит просто научиться жить… без папы. Виктория замолчала, перевела взгляд на Игоря. А он вдруг сказал: — Вика, ты прости меня! Ты права, все летит к чертям свинячим, вот я и кидаюсь на людей. Как говорится, бей своих, чтоб чужие боялись… Ну да, я опасался, что следаки тебя на какие-нибудь слезы-сопли разведут да и попрут как на буфет с этой тупой версией про любовь-морковь и ревность. Виктория кивнула, видимо, приняла извинения. Но Резников-то!.. Неужели реально все летит… именно туда?! Что-то мы не о том говорим. |