Книга Исповедь жертвы, страница 88 – Дебора Массон

Я не думал, что ты воспримешь ее слова всерьез, но все равно беспокоился, что ты не возражала ей, недостаточно упорно защищала меня.

Я имею в виду, как можно быть прилипчивым щенком и каким-то властным монстром одновременно? Я был предан тебе, как щенок, это да. Но властным? Ни в каком другом смысле, кроме как в том, что мне нравилось видеть, что ты счастлива, что ты в безопасности, что никто не использует тебя в своих интересах и никто никогда не причинит тебе вред.

А Мэнди, я знал, рано или поздно это сделает.

Джен хотелось врезать Льюису по его мерзкому лицу. Разбить его за неизменно дерьмовое поведение, но также и при мысли о том, что такой, как он, мог бы сделать с Дейзи, если бы ему представилась подходящая возможность. После того как он замолчал, в комнате воцарилась тишина; никто не знал, что еще можно сказать.

Билл прекратил расхаживать, что делал с тех пор, как Льюис закончил рассказ. Все то время, пока он ходил вдоль каменных стен, его взгляд то и дело метался к камере наверху, и он напомнил Джен пойманного в клетку зверя. Возможно, от него тоже стоило ожидать сюрпризов.

Дейзи. Была ли она в безопасности сейчас? Был ли Том с ней? Могла ли Джен рассчитывать, что все закончится хорошо, если она честно будет следовать правилам этого маньяка? Удовлетворили ли его ответы, которые он якобы искал? Ведь это был человек, который считал нормальным собрать вместе трех незнакомцев под угрозой разоблачения их самых постыдных секретов, а потом запереть их в подвале, вынуждая покаяться.

Нет, она не могла доверять никому. Что же ей оставалось теперь? Паника, которую она изо всех сил пыталась подавить ранее, снова всколыхнулась.

— Что, если он не собирается выпускать нас отсюда? – она не хотела произносить это вслух, но не смогла сдержать эту мысль.

Билл отреагировал первым. Спокойно, уравновешенно.

— Это невозможно. Как мы уже выяснили, нас будут искать.

Джен покачала головой:

— Но когда они начнут? Когда обнаружат, что Дейзи никто не забрал из школы, плачущую и напуганную? Билл, наверное, прошло уже достаточно времени. Я могу только предполагать, что она сейчас у Тома и они меня ищут.

На ее глаза навернулись слезы отчаяния и страха.

— Или что Том подумал обо мне самое худшее, чего он, вероятно, и боялся все это время. Что я наконец-то сдалась и полностью поддалась алкоголю. Что я ушла в запой, заботясь только о следующей рюмке.

Джен повернулась к Биллу:

— А что насчет Триш? Сколько времени пройдет, прежде чем она попытается сделать что-то, что подвергнет ее опасности? Начнет что-то готовить и оставит плиту включенной, например. Или выберется из дома. Как скоро Саймон поймет, что она совсем одна?

Она оглянулась на Льюиса:

— А ты? Который говорит так, будто вся его семья ненавидит его, что им было бы лучше без тебя. Им вообще будет дело до того, что ты пропал?

Она увидела, как угасает огонек в глазах Льюиса, и возненавидела себя за яд, льющийся из ее рта, такой же едкий, как и водка, которую она каждый день вливала себе в глотку. Как же ей хотелось выпить. Чертова алкоголичка.

Паника и ненависть к себе скапливались в глубине ее кишок, смешиваясь теперь уже с яростью. Яростью, которая клокотала у нее в горле, отказываясь сдерживаться.

Она резко развернулась к камере.