Книга Исповедь жертвы, страница 131 – Дебора Массон

Вы с Робби не собираетесь отпускать меня, не собираетесь ничего исправлять. Если бы я отдал вам эти ключи, если бы я отпустил их на свободу, я позволил бы вам обоим тоже уйти… И остался бы здесь наедине со своей судьбой.

Думаю, копы будут в пути, как только вы все вдохнете первый глоток свежего воздуха. Там, наверху. Если они уже не едут сюда.

— Полагаю, вы уже позвонили в полицию?

— Нет. Нет, Кейси, – вмешивается Робби. – Я не хотел верить в то, что могу обнаружить здесь. И хотел доказать себе, что ошибаюсь. Хотел увидеть это сам, и Бет…

— Кейси, я так долго убегала, так долго пряталась, что наконец-то решила встретиться лицом к лицу со своим страхом. С тобой. Чтобы поговорить. Я сомневалась, что мне представится возможность, если здесь будет полиция. И мы все еще верим, что ты не причинишь нам вреда.

Я опускаю взгляд в пол, ощущая, как ослабевает веревка, стягивающая мои руки за спиной.

— Тогда пусть меня выпустит Бэтмен.

Я знаю, каких ужасов навидался Робби в своих документалках. А еще я знаю, что даже после того, как он увидел труп Льюиса, Робби продолжает видеть во мне своего напарника. Своего друга. Парня, который ежедневно смотрит в камеры, чтобы защищать людей на улицах города. Бок о бок с ним. Бет сама только что это сказала.

— Робби, ты можешь мне доверять. Можешь не развязывать меня, если не хочешь. Даже ноги. Вывези меня отсюда на стуле, если это необходимо. И я покажу, где лежит ключ. Просто позвольте мне быть рядом, когда освободите их. Позвольте мне стать частью этого.

Аудиоколонка выключается. Вы с Робби обдумываете мою просьбу. Обсуждаете всю ту чушь, которую я только что намолол, вероятно не видя иного выхода, если по-другому я не скажу вам, где ключи.

Веревка у меня за спиной ослабевает, разматывается, и мои пальцы хватают ее до того, как она упадет на пол. Чтобы вы с Робби не узнали, что я освободился, раньше времени. Я держу ее, надеясь, что ни один из ее перерезанных концов не торчит из-под стула.

Похоже, что так, и вы, судя по всему, поверили, что я хочу совершить благое дело, что я говорю правду, ведь Робби действительно открывает дверь, впрочем захватив с собой электрошокер. Он держит его перед своим мечущимся между страхом и доверием лицом.

Я не смотрю на него, мне слишком стыдно – или, по крайней мере, я пытаюсь создать такое впечатление.

— Выкати меня на стуле.

Я намотал веревку вокруг своих запястий насколько возможно правдоподобно, чтобы он ничего не заметил. Он подходит ко мне, обходит стул, и я затаиваю дыхание.

Динамик снова включается, и вот ты здесь, с нами.

— Я слежу за тобой, Кейси.

Очевидно, недостаточно внимательно. Мне интересно, что ты вообще собираешься сделать, сидя в другой комнате. У тебя нет той власти, которой обладаю я, когда делаю то же самое на поверхности.

Робби начинает толкать спинку стула одной рукой, потом вынужден опустить электрошокер вниз, чтобы ухватиться за него поудобнее, обеими руками, и все это время я сижу спокойно.

Он перемещает меня к дверному проему, немного не доходя до него, чтобы обойти стул и открыть дверь, – электрошокер так и болтается в его опущенной руке, – а затем возвращается за мою спину, чтобы выкатить меня в туннель, к моей диспетчерской. Туда, где висит на крюке Льюис, прикрытый покрывалом, и сидишь ты. Ты. Моя Бет. Точнее, больше не моя.