Книга Срывая оковы, страница 33 – Андрей Мельник

Сам Ростов оказался более менее вычищенным. Правда и некоторые районы в нём сравняли с землёй, используя тяжёлую наступательную военную технику, артиллерию, и, судя по воронкам, ракетное вооружение. Целые районы города в фарш. Кровавый, пыльный и вонючий. И в эти смрадные руины, шли отцы, матери, бабушки, дедушки, в надежде добыть хоть что-то полезное. Руководство лагеря оставляло двадцать процентов от найденных продуктов самим людям, забирая и обменивая за бесценок разные найденные редкости на талоны к сухпайкам.

Выйти и сбежать из лагеря можно было, бросив повязку, но тогда за тебя не впишется в случае заварушки ни один из отрядов. Да и в моём лагере много семейных, огромное количество детей. Их — не выпускают. Ни под каким предлогом. Даже если заболел или ещё что-то там ты себе решил. Всему руководству плевать. Или работай, или дети будут голодать. Такой вот выбор, без выбора. Единицы, узнав всю правду, валят сразу, а остальные, даже не имея каких-либо привязок, всё равно как аморфные животные сидят и, в прямом смысле, ждут у моря погоды. Которая заставит пошевелить их булками и хоть немного запаха надежды принесёт на смену удушающему смраду местного лагеря.

И таких лагерей — десятки. Каждый рассчитан примерно на пятьдесят тысяч человек. А в доме, навскидку, поселится до тысячи человек. Всем остальным — утоптанная земля, куртки, матрацы и порванные палатки — вот и всё, что готово предложить им руководство лагеря.

Нелюди. Доминион Реликт — как бы ты не заливал мне воду в уши. Как бы старательно ты не вешал сверху на них же свою лапшу. Всю твою гниль видно издалека. Не знаю кем вы были, когда Система сделала вас своими рабами, но с тех самых пор, право зваться людьми — вы потеряли.

А значит, вы, допуская подобное отношение к местным жителям, получите от меня то, чего заслуживаете.

Окинув нехорошим взглядом окрестности и вырвав из руки старикана все талоны, раздал их моим случайным попутчикам.

— Эй, что ты себе позволяешь! Мы так все рискуем!

— Усохни, слизень. Эта еда хоть и параша, но она способна спасти жизнь. И искать тебя по всему лагерю, когда ты свалишь, я не хочу. Ищи других идиотов.

Старикан лишь злобно засипел, смотря на меня прищуренным взглядом и молча развернулся, схватил свою сумку с вещами и ушёл в закат.

— Зачем вы так, Гоша. Он же всё объяснил…

— Он уже был здесь и не первый раз так действует. Вокруг десятки лагерей. Провёл, забрал талоны, ночью свалили, когда все уставшие вырубились и пошёл искать следующих простачков. Я гнильё за километры чую. Эта падла не одного ребёнка еды лишила. Ищите место где лечь спать. Далеко от друга не отходите. Чувствую мы ещё встретимся с этим уродом.

И я оказался прав. Через несколько часов после нашей «прописки», мы разместились на относительно сухой местности, прямо поверх курток. В здание идти не было вообще никакого смысла. Увы, всё занято.

И вот, сплю я, проводя с Айрумом разведку этого и соседних лагерей, а рядом начинают сгущаться тучи и подкатывать к нам гопота разная.

Сильный удар мне в бок заставляет затрястись это жирное тело. В реальности, естественно, я даже не почувствовал сперва ничего. Затем жир немного потряс, так нежно, словно я вернулся в прошлое и меня кто-то родной и близкий будит. Пришлось открыть глаза, в которые тут же ударил яркий свет гелеоцентричного, мощного фонаря.