Книга Повелитель гоблинов. Том 7, страница 68 – Евгений Лисицин, Андрей Мельник

На рассвете Железнозуб оценил потери и принял единственное верное решение — уходить. Его колонна поднялась и, сохраняя строй и прикрываясь щитами на ходу, двинулась на север, к Озёрному.

— Значит, вот как ты решил… Хорошо.

Я немедленно отдал приказ преследовать и послал Коржика с муравьями на перехват. Кавалерия на шестиногих хитиновых скакунах ушла лесными тропами в обход, чтобы отрезать варгов, если те попытаются вырваться вперёд.

Орки отступали на север так быстро, как могли. Мои отряды висели на хвосте и флангах, пуляя стрелы при каждой возможности. Когда колонна Железнозуба, наконец, вывалилась из леса на открытую местность, в ней осталось около трёхсот бойцов. И сотня варгов, переживших ночь.

Орки увидели степь и ожили. Они выстроились в боевой порядок, подняли щиты, обнажили топоры и взревели. Наконец-то открытое пространство, наконец-то честный бой, наконец-то можно разглядеть врага и разрубить его пополам, а не ловить стрелы затылком в проклятых зарослях!

Орки стучали себя в грудь и рычали. Они выкрикивали оскорбления, требуя от трусливых зеленокожих крыс выйти и сразиться.

Из леса вышел Шрам. За ним Орочи. За Орочи вышел Спартак. А за Спартаком вышли ещё почти две тысячи бойцов.

Они прошли вперёд и замерли, а потом расступились передо мной. Я шёл мимо шеренг уставших, но полных воли к сражению легионеров моего Матрассийска.

Гоблины, шкриняпы, орки Стрыга и Орочи, хобгоблины — все вперемешку выстроились полукругом вдоль кромки леса. У каждого в руках лук, копьеметалка или духовая трубка. За стрелками — вторая линия со щитами и копьями. И все смотрели на три сотни врагов, как мясники на буйного быка.

Железнозуб шумно выдохнул. Даже на расстоянии я видел, как побелели костяшки его пальцев на рукояти топора. Орочий вождь осмотрел полукольцо врагов, посчитал в уме соотношение сил и заревел одно-единственное слово, от которого его воины развернулись и побежали на север, к Озёрному:

— Отступать!

Триста орков рванули прочь, бросая раненых и подгоняя медлящих.

— Стрелки! — рявкнул я, и мой голос из-под шлема разнёсся над полем. — Залп!

Первая волна стрел с парализующим ядом накрыла отступающих. Орки валились один за другим. Их ноги подкашивались, руки теряли хватку на щитах. Некоторые продолжали ковылять, но вторая волна довершала начатое. Строй рассыпался, превратившись в толпу хромающих, спотыкающихся фигур, из которых лишь немногие ещё сохраняли подобие бега.

Варги были шустрыми. Железнозуб вскочил на ближайшего зверя, рявкнул что-то своим наездникам, и сотня варгов с остатками кавалерии оторвалась от пехоты и понеслась на север. На открытой местности мощных варгов пешие преследователи не достанут. Зато муравьиная кавалерия достанет.

Коржик вылетел из-за кучи валунов и ударил справа, прекрасно зная, где пройдёт отряд варгов. Муравьи медленнее, но они шли наперерез, так что исход практически предрешён. Половина — бойцы ближнего боя, но на обычных муравьях сидела целая сотня «конных лучников», и на полном ходу они обрушили на варгов град стрел.

Варги шарахнулись, и Коржик вклинился в их не шибко стройные ряды, разрезая отряд надвое. Муравьи хватали варгов жвалами, тормозили, делая их лёгкой целью для стрелков. А орки валились из сёдел. Степь заполнилась рёвом и хрустом хитина и костей.