Книга Карибский защитник, страница 86 – Андрей Мельник

И прежде, чем я попал в новый терминал, я стал свидетелем странного конфликта, в котором две семьи пытались поделить один дом. Непереводимые кубинские словечки лились со стороны двух потенциальных хозяек дома. Они так активничали, что даже приближение командирского отряда не заметили. Афина переводила услышанное, а наш сопровождающий Фернандо подозвал двух грустно вздыхающих мужчин, что резко взволновались, когда увидели наш «кортеж».

Если вкратце, одна семья состояла из переселенцев, которым позволили выбирать любой свободный дом. Вторая семья оказалась родственниками тех, кто раньше в этом доме жил. Дом был неплохой, отремонтированный, и оттого за него и бились. Все другие дома по соседству выглядели явно хуже. Три дня как одна семья обосновалась, перевезла свою многочисленную родню, включая пожилых стариков, мебель, семейные ценности, картины. И два часа как вернулись потенциальные наследники. Вот с тех пор обе стороны и вели устные военные действия под надзором наших стражников, что были гарантом безопасности не только от зомби.

Сам дом принадлежал погибшим пожилым кубинцам, и само собой, его отдали под заселение мы. И люди воспользовались этим правом. А вот наследники… Они приехали на трёх гружённых доверху машинах со своим скарбом и рассчитывали занять дом родственничков, даже не особо уточняя, живы ли они вообще. Если живы — приютили бы. Если нет — они займут их дом. Они же наследники. М-да уж… Ситуация патовая, и обе стороны имеют весомое право на этот дом.

Я на мгновение представил, сколько тысяч конфликтов и спорных вопросов, просьб и требований проходят мимо меня, растворяясь в незаметно появившейся бюрократической машине Круизеров. Меня аж передёрнуло.

— Успокойте этих буйных. Афина, дай мне досье на обе семьи… — обратился я к мужикам, а затем и к своей помощнице.

Так, с первой семьёй всё понятно — восемь человек родственников поселились в этом доме: дети, старики, женщины, один хромающий мужик в том числе. Именно его я отправил вместе со вторым успокаивать женщин. Но есть ещё и два родственника мужского пола, один из которых уже служит в новом кулаке, а второй регулярно ходит в море добывать рыбу из нашего порта. Их вклад в общее дело ясен и понятен.

Вторая семья — известно о четырёх членах. Приехали недавно, зарегистрировались час назад, никто на нас не работает.

— Ну, всё ясно, — я поднялся и криком подозвал женщин и мужчин.

Раскрасневшимся от споров женщинам и их мужьям я сказал, что первоочередное право на жильё получает та семья, чьи родные проходят службу в наших рядах и помогают защищать и зачищать Кубу.

Второй семье предложил занять как беженцам любой свободный дом, который им укажут в военной администрации города. Если они хотят получать приоритеты — то они тоже должны внести свой вклад.

Я даже договорить не успел, как женщина меня перебила и швырнула на стол переговоров свой козырь.

— Да у меня племянник — лейтенант Революционной Армии Кубы!

— Вот к нему можете и обратиться за помощью в поиске вам нового места для жизни, если что-то вас не устраивает. На этом всё. Если будете дебоширить — вам запретят проживать в этом городе. Сейчас не время для споров и качания своих прав. И на вашем месте я бы поторапливался с поиском дома — скоро все узнают, что эта часть Кубы была нами зачищена, и сюда набежит столько людей, согласных на любую хибару, что вы будете из листьев пальм себе навесы строить. И я не шучу. Ну а если хотите больше прав, — я улыбнулся от всей души, — добро пожаловать на отбор в рекруты Круизеров — самого эффективного отряда уничтожителей зомби. Гарантирую, что все герои получат право убивать тварей, стоя с ними лицом к лицу.