Книга Исекайнутый, страница 245 – Андрей Мельник

— Потому что там болото и топи, — заметил Эрик. — Не самый простой путь.

— Но демоны тоже так думают, и именно поэтому мы пойдём там, — я улыбнулся. — Кроме того, я заметил кое-что интересное в структуре порталов. Эти точки, — я указал на несколько мест на карте, — это узлы, где сходятся энергетические потоки. Если мы уничтожим их в определённой последовательности, это создаст каскадный эффект и временно дестабилизирует всю конструкцию.

— Достаточно для того, чтобы добраться до центрального портала? — спросила Аврелия.

— Если мы будем быстрыми и точными — да, — кивнул я. — Затем мы используем сильнейшие заклинания для уничтожения центрального узла. Это должно разрушить всю конструкцию.

Командиры внимательно изучили карту, и Брат Торвальд первым выразил поддержку:

— План рискованный, но продуманный. Мы последуем за тобой, брат.

Остальные тоже согласились.

Перед выступлением я встал перед собравшимся отрядом. Более двухсот воинов смотрели на меня с ожиданием — монахи храма Кача, солдаты капитана Дориана, маги и вспомогательный персонал. В их глазах читались разные эмоции: решимость, страх, сомнение, надежда.

«Так, нужно что-то сказать,» — подумал я. — «Что-то вдохновляющее, что поднимет боевой дух и объединит всех перед лицом опасности».

В голове промелькнули обрывки воспоминаний из прошлой жизни — сотни просмотренных фильмов с героическими речами полководцев перед решающей битвой. «Надо бы вспомнить какую-нибудь мотивационную речь из фильмов», — мелькнула мысль.

И тут меня осенило. В памяти ярко всплыла сцена из «Храброго сердца» — Мел Гибсон на коне, с раскрашенным лицом, произносит пламенную речь перед шотландцами. Это должно сработать.

Я вышел перед воинами, и на мгновение просто молча смотрел на них, позволяя тишине сгуститься. Потом глубоко вдохнул и заговорил — не громко, но каждое слово разносилось над затихшим лагерем:

— Они могут забрать наши жизни… — начал я, делая драматическую паузу, — но они никогда не заберут НАШУ СВОБОДУ!

Воины недоуменно переглянулись. Я откашлялся и продолжил, шагая вдоль строя с преувеличенно героическим видом:

— Сражаетесь ли вы? — крикнул я, внезапно повысив голос так, что передние ряды даже отшатнулись. — О да, многие сражаются… за Калверию… ПОТОМУ ЧТО ТОЛЬКО В КАЛВЕРИИ ЗНАЮТ, ЧТО ТАКОЕ НАСТОЯЩАЯ СИЛА!

Брат Торвальд непонимающе наклонил голову, но я уже был в ударе.

— Я — Александр, сын… эээ… Игоря! — я воздел Рассекатель Судеб к небу и сделал им круг. — И я вижу перед собой ЦЕЛУЮ АРМИЮ МОИХ СООТЕЧЕСТВЕННИКОВ! Соотечественников, которые бросают вызов ТИРАНИИ! Вы пришли сражаться КАК СВОБОДНЫЕ ЛЮДИ… и свободными людьми вы и являетесь!

Эрик тихо хихикал где-то в задних рядах, но я был слишком увлечен, чтобы остановиться.

— Что вы будете делать без свободы? БУДЕТЕ ЛИ ВЫ СРАЖАТЬСЯ⁈ — проорал я, театрально взмахнув мечом.

— Эм… надо подкачаться? — неуверенно предположил один из монахов.

— СРАЖАЙТЕСЬ, И ВЫ МОЖЕТЕ УМЕРЕТЬ! — я расхаживал теперь широкими, размашистыми шагами, периодически резко разворачиваясь. — БЕГИТЕ, И ВЫ БУДЕТЕ ЖИТЬ… ПО КРАЙНЕЙ МЕРЕ, КАКОЕ-ТО ВРЕМЯ!

Аврелия прикрыла рот ладонью, её плечи слегка тряслись.

— И когда вы будете лежать на смертном одре через много-много лет, разве не захотите вы обменять ВСЕ ЭТИ ДНИ, НАЧИНАЯ С СЕГОДНЯШНЕГО, на один шанс… ВСЕГО ОДИН ШАНС! — мой голос сорвался на фальцет, — вернуться сюда и сказать нашим врагам, что они могут забрать наши жизни, но они никогда… НИКОГДА… НЕ ЗАБЕРУТ НАШУ СВОООООБООООДУУУУ!!!