Книга Абсолют. Том 4, страница 22 – Андрей Мельник

— Ещё будешь? — ненадолго прервал я рассказчика, по новой плеснув себе этой приторной радости.

— Давай, — подставил стакан Лазари и продолжил: — Именно после очередного провала и знакомства со мной они и предложили стать их посыльным. Ничего сверхъестественного: я иду к «Ингерграунду» по своим вопросам, а в конце передаю короткое послание из трёх слов одному из членов руководства. К слову, за это мне предложили на удивление большие деньги, и я, в общем-то, был не против подзаработать приличную сумму за плёвое дело.

— Занятно…

— Так вот, когда меня приняли в «Ингерграунде», я озвучил свою проблему и нарвался на их старейшину, что занимался исследованиями, алхимией и историей нашего мира. Разумеется, моя история его заинтересовала, и он предложил мне прийти через неделю. А вот ту самую фразу я говорить не стал. Да там и не фраза вовсе, а так — названия каких-то двух артефактов и клана, что и заказал мне передачу сообщения. Мало ли, вдруг бы они обиделись и больше не позвали.

Мы сделали небольшую паузу, повторили настойку, а я сходил на кухню за печеньем.

— О, пирожки! — удивился, глядя на вполне съедобного вида выпечку. — Да ещё и с мясом!

Удивление моё оказалось столь велико, что даже страж «Обители» поднялся на кухню и спросил, не случилось ли чего.

— Держи-ка…Пробуй. Мне одному кажется, что это вкусно? — протянул я ему пирожок, и он слопал его, заявляя, что это и впрямь потрясающе.

— Хорошо. Если будешь испытывать недомогание или другие признаки отравления — добеги до моего кабинета. Спасу.

— Так, босс, а вы… А я… А они… — принялся водить пальцем охранник, указывая то на пирожки, то на себя.

— Моё тело прокачано настолько, что будь они хоть отравлены, я всё равно не почувствую. А вот остальным надо понять, насколько они съедобны, — пожал я плечами и развернулся, унося с собой две тарелки. Одну — с печеньками, а вторую — с пирожками.

Стражник аж побледнел, а лоб его покрылся испариной. Переживает, бедолага.

— Держи, — протянул я тарелку с печеньем и пирожками Лазари. — Что дальше-то было?

— Надеюсь, не отравлены? — с недоверием посмотрел он на одну из тарелок. — А то у тебя дверь была открыта, и я всё слышал…

— Не, не отравлены. Я бы по запаху распознал, да и организм бы уже отрапортовал о блокировке ядов, — широко улыбнулся я.

— Так а зачем стражника напугал?

— Чтобы меньше жрал по ночам наши общие продукты. Он, видать, думает, что я не знаю, сколько еды исчезает за время его дежурства. Я вообще сначала хотел чуть отравить компот… Ой, да не смотри ты так! Просто всыпал бы слабительного, чтобы этот обжора угомонился!

— Ну и…— опешил Лазари.

— Ну и не подсыпал. Дел-то по горло, а ядами мне заниматься некогда. Да и другим такое не доверишь, — хитро подмигнул я собеседнику.

— Не, если очень надо, я немного разбираюсь… Могу организовать. И где они в городе продаются тоже знаю… Вообще, чисто теоретически можно своё производство открыть… Но это дело непростое, дорогое и опасное. Тех же монстров ядовитых ловить нужно. Впрочем, ни один алхимик без этого не живёт и свои уникальные зелья не делает, — поделился со мной мыслями граф, на что я задумчиво кивнул.

— Учту. И знаешь, найди мне, будь так любезен, самые сильные яды из тех, что только есть в нашем городе. — В голове тут же промелькнула мысль о том, как я пытался создать нейротоксин и то самое коровье фиаско, что меня ожидало.