Книга Законы Рода. Том 15, страница 37 – Андрей Мельник

— Девочки, я ведь красиво за вами ухаживаю, культурно себя веду… — процедил сквозь сжатые зубы мелкий граф.

Не то чтобы он был совсем коротышкой, но по возрасту явно уступал Дарье. Я бы дал ему лет семнадцать или восемнадцать. Спутники его были постарше, и — мне даже стало интересно, чем закончится это представление.

Парни не были сильнее ни Даши, ни Лены, но знать они это наверняка не могли, и вскоре я понял, что они даже не представляют, с кем имеют дело. Что же, за это они автоматически попадают под амнистию — я их не прибью.

— Ты даже не знаешь, с кем разговариваешь, сопляк, и уже пять минут нам докучаешь, мешая отдыхать. Мы сколько раз тебе должны сказать, чтобы ты отвалил? Или ты русский язык не понимаешь? Так я могу на интернациональном сказать, хочешь? — заявила пьяная Даша, медленно подняла кулак и показала очень и очень неприличный, как для аристократки, жест. За такое и на дуэль можно попасть. Впрочем, если у парня есть мозги, он никогда не осмелится девушку на дуэль вызвать.

Оказалось, что мозгов у него нет… Конечно, на дуэль не вызвал, зато из галантного, но назойливого недокавалера превратился в напыщенную мартышку с регалиями.

— Я вижу, что вы аристократки. Но знаки отличия с пальцев сняли. А значит, стесняетесь своего низкого происхождения. Я граф, и когда я вам по-хорошему говорил, надо было соглашаться. Теперь будет по-плохому. Парни… Ай-ай-ай-ай…

— Уважаемый граф. А не потрудитесь ли вы мне объяснить, кто вам дал право вообще разговаривать с моими соратницами? С моими близкими, за которых я такому мелкому засранцу, как вы, уши в два счёта откручу? — сказал я, подняв парня над землёй за правое ухо.

Он перешёл на супервизг, а его спутники моментально решили сменить вектор своего внимания и атаковать меня.

Глухие звуки бесплодных попыток пробить мой магический барьер меня лишь раззадорили.

— Они что? На главу города напали? Девушки, давайте-ка их быстро мордой в землю и на гауптвахту к графу Золотарёву.

— Так точно, босс! — подорвались они, как будто и не пили вовсе, и в два счёта надавали тумаков четвёрке парней.

Эх, как в старые добрые времена! Как же хорошо было, когда меня никто не знал и я мог легко и без зазрения совести искать себе приключения да кошмарить всяких недоумков… Правда, одно время самому пришлось изображать из себя такого же наглого ярла, но это всё ради пиара было. Чем чаще обо мне говорили как о ярле, тем меньше было подозрений, что я скрывающийся Берестьев. И это даже работало какое-то время! А значит, всё не зря. Опять же, взгляд Стефании привлёк… Интересно, если бы я не попал в её покои в то время, моя судьба, да и её тоже, сложилась бы точно так же? Была бы она жива? И стал бы я тем, кто я есть?

Эффект бабочки — страшная вещь. Не знаю, какой момент стал для меня поворотным… Или же ими были все до единого?

Странный хруст и дикий визг графа, а скорее графского сынишки, заставили меня поставить его обратно на землю. Кажется, ухо порвал…

— Что здесь происходит? — На ор, визг и звуки ударов прибежали военные и, увидев меня, замерли, похлопали глазами, видя мой внешний вид, быстро вернули себе самообладание и без лишних разговоров скрутили дебоширов.

Так-то они реально первыми напали. Да и вообще, я остановил этого засранца, что держится за своё ухо, прямо перед его «приказом». Боюсь, если бы я его услышал, одним ухом он бы не отделался. Так что я его ещё и спас от глупости.