Книга Законы Рода. Том 9, страница 90 – Андрей Мельник

— Янтарь? Изменённый? — удивился я и попытался вспомнить, был ли такой вообще хоть раз в продаже. — Фома, сбегай за кем-нибудь умным. Сокола или Цербера приведи. Может, они знают, что это такое и с чем его едят…

— Пи!

Пушистый исчез, а я присел на камень, осматривая прекрасное творение природы и внесённые магией изменения.

Фома решил позвать Сокола, и тот не заставил себя долго ждать.

— Максим, звал?

— Да. Видел такое когда-нибудь? — показал я рыжий янтарь, что светился в темноте пещеры так, будто ещё одно солнце появилось в мире.

— Что это? Что за камень? Впервые вижу…

— Янтарь вроде.

— Янтарь? Он тоже может измениться?

— Ну а чего нет-то? — пожал я плечами. — То есть ты не в курсе?

— Нет, первый раз вижу. Даже не слышал о таком никогда. Может, он обычный?

— Ага. И поэтому светится как прожектор, да?

Я сжал камень в ладони и ощутил интенсивный поток тепла.

Пришлось ждать Цербера. Надеюсь, хоть он что-то знает…

— О-О-О-О-О-О! — широко раскрыл Иннокентий Игнатьевич рот от удивления.

— Иннокентий Игнатьевич, видел такое когда-нибудь?

— У-у-у-у-у-у! — не мог он набрать слов и двумя руками тянулся к камушку, словно отец к новорождённому дитя.

— Новоградов? Приём.

— Ох-ох-ох-ох… — продолжал он выдавать странные звуки, словно бы решился интеллекта и вернулся куда-то во времена каменного века.

— Ау, приём!

— Где же ты такое сокровище откопал… — наконец-то выдавил он из себя членораздельную речь, но даже глаз не оторвал от янтаря.

— Тут и откопал. Вон стену расколошматил. Там ещё есть. Сейчас Гри начнёт заниматься шахтёрскими делами.

— Осторожнее только. Это же солнечный камень как-никак.

— Это янтарь, — поправил я.

— Да, шкет, повезло тебе. Изменённый янтарь — это, конечно, не альбиносный хаорит, но его цена на закрытых аукционах просто зашкаливает. Очень редкий и сверхполезный ресурс. Маги огня за него душу продадут. Одно его присутствие на их посохе поднимает боевую эффективность больше чем на пятнадцать процентов. А если его хорошенько огранить, чтобы он не разбазаривал притянутую к себе энергию мага, то даже на двадцать — тридцать процентов может усилить магию огневика. Скорость создания заклинаний, скорость концентрации направленных потоков маны, плотность маны в заклинании, дальность применения заклинания — всё становится лучше.

— Интересный камушек. За сколько его можно продать?

— Ты что! Не вздумай продавать его! Самому пригодится. Твой дед должен иметь своего артефактора. Да и ты, желательно, подыщи себе проверенного человека с талантом в артефакторике. У тебя в отряде есть как минимум Карбат. Инкрустируй ему в меч, в перчатки, в щит, копьё… Или даже посох выдай. Он тебе такое огненное шоу устроит, удивишься. А вот насчёт тебя… Не уверен, что сработает. Ты не огневик всё же.

— Ну да. Ни рыба ни мясо. — Я подкинул камешек и, схватив, передал Фоме. — Держи, не потеряй. Дорогая штука. Кстати, Иннокентий Игнатьевич. Всё же скажи, какая у него примерная стоимость. Мне просто понять экономический итог сегодняшней вылазки.

— Да чёрт его знает. За ним обычно настоящая охота идёт. И продают такие камушки только на аукционах. Россыпь совсем мелкого солнечного камня при мне продали за шестьсот тысяч. Ещё один камень покрупнее, наверное, размером как твой, ушёл в два раза дороже. Его потом в кольцо вставили, насколько я знаю, чтобы маг, купивший его, всегда был под усилением, — выудил из памяти Цербер, и я заглянул в дыру, из которой лился мощный свет от камней, что ещё только ждали освобождения.