Книга Законы Рода. Том 9, страница 56 – Андрей Мельник

Всеволод Романов был тем человеком, который, вероятнее всего, стал бы новым регентом в случае смерти или полного помешательства Стефании. Всё-таки у него внук на троне сидит, и, если потребуется помощь тому и самой империи, пенсия подождёт. К тому же родной сын Всеволода умер при загадочных обстоятельствах… И сумасшествие Стефании да интриги прямо под носом у Тайного совета непонятного Ордена уже было раззадорили старика, заставили его кровь кипеть, как в старые добрые времена, однако спасение Стефании, можно сказать, предотвратило очередной катаклизм… Это не только немного охладило Всеволода, но и, по сути, развязало ему руки. Вполне возможно, что он начнёт вести своё расследование параллельно со мной, а это мне только на руку.

— В таком случае… Мы, пожалуй, должны поблагодарить тебя. Хотя мне всё ещё непонятно, как именно ты это сделал.

— Прошу прощения, ваша светлость, но этот вопрос я оставлю без ответа. В народе говорят, если много чесать языком, потом будут не самые хорошие последствия для болтуна. Я лишь прошу по возможности посвятить меня в результаты поиска тех, кто пытается уничтожить мою семью так же, как и вашу.

Я снова учтиво поклонился, а как выпрямился, посмотрел в глаза каждому из династии Романовых.

Они ведь наверняка понимают, что сами под угрозой и что смерть каждого из них вставит огромные палки в колёса всей империи. А значит, каждый из них крайне заинтересованы в безопасности. И первый, с кого спросят — это Константин Романов, глава разведки. А значит, в ближайшее время он должен будет отцепиться от меня. Мои руки наконец-то развяжутся, и я смогу заняться своими делами.

— Граф Берестьев. Раз уж мы собрались здесь, я хотела бы официально объявить о начале пересмотра судебного решения о признании рода Берестьевых должниками вследствие нарушения обязательств перед империей и иными родами, в связи с недавно открывшимися обстоятельствами. Результаты проверки и пересмотра дела будут сообщены вам на оставленные в имперской канцелярии контакты, после чего вас пригласят для ознакомления с решением специально созданной для пересмотра вашего дела комиссии, — заявила местная Фемида, дав понять, что наш вчерашний разговор тет-а-тет лёг на благодатную почву: моя самоотверженность во время зачистки излома и спасение Стефании по достоинству оценены.

— Я, к сожалению, ничем хорошим порадовать пока не могу, — взял слово Зубов Константин. — Решение о награждении хоть и принято, но отложено до окончания битвы за Софию и проведения внеплановой проверки всех воинских частей. Сами понимаете, граф: сперва вопросы первоочередной важности. Думаю, когда будут вручаться награды за защиту Москвы, мы объединим это мероприятие с оглашением ваших персональных достижений.

— Я даже не рассчитывал на это. Надеюсь, мои действия не принесли Министерству обороны проблем.

— Да что этим воякам будет, молодой человек. Кому вы хлопот доставили, так это мне. Не удивляйтесь, если завтра вас внесут в список террористов и объявят в международный розыск по ходатайству Османской Империи. Они всё же смогли сложить два плюс два и направили требование о вашей экстрадиции.

— Хе-хе-хе.

— Ха-ха.

— Забавные.

— А так кичились своей силой…

Все отреагировали на эти слова главы Министерства иностранных дел как на какую-то шутку.