Книга Через пламя и ночь, страница 118 – Анастасия Андрианова

Варде улыбнулся ей, махнул рукой, прошёл ещё немного и, убедившись, что прохожие не смотрят, обернулся лягушкой. Бурым комочком она поскакала по мостовой, вниз, к центру Озёрья, чтобы оттуда добраться до городских ворот.

Мавна повернулась к Смороднику и уткнулась лицом в его рубаху. Он с готовностью обнял её, прижимая к себе.

— О чём вы шептались? – спросила Мавна, шмыгая носом.

Смородник хмыкнул.

— Он сказал: «Береги нашу девчонку».

Мавна приподняла лицо, чтобы убедиться, что Смородник говорит серьёзно.

— А ты?..

Он повёл плечом.

— Сказал, что буду стараться.

Скоро Мавна отстранилась, когда подумала, что Смороднику неприятно так долго сидеть в обнимку. Она долго смотрела на улицу, где исчезла лягушка, и молилась про себя Покровителям, чтобы это всё скорее закончилось и чтобы они с Варде снова могли встретиться – все втроём, живые и невредимые.

Раско оставался ещё очень бледным, как после долгой болезни, и у Мавны сердце сжималось при взгляде на него – но потом она вспоминала, что его могло бы вообще не быть, и тогда, наоборот, грудь распирало от радости.

На следующий день после ухода Варде Царжа разрешила выйти погулять немного – Раско и сам рвался, засидевшись в душных стенах. Чтобы немного его успокоить, Мавна сунула ему в руки дудку, подаренную Лирушем, и теперь Раско беспрестанно выдувал душераздирающие звуки.

— Девочка, – позвала Царжа, когда они уже развернулись к выходу.

— Да?

Царжа, чуть прихрамывая, подошла ближе.

— Ко мне скоро новые люди придут лечиться. Да и не могу я так долго одним мальчишкой место занимать. Он сил набрался, сама видишь. Спит уже меньше. Освободились у меня покои наверху, там две комнаты за пологом и две кровати. Могу поменять тебе ту комнатушку, будете там с братом жить. И мальчишку с собой берите, если хотите.

— Какого мальчишку? – не поняла Мавна. Она держала Раско за руку, чтоб не убежал вперёд неё, а он всё пыхтел в дудку, пытаясь добиться от неё хоть какого-то подобия музыки.

Царжа отмахнулась.

— Да нашего мальчишку. С метиной на лице. Вы и так всегда вместе ходите.

— О. Пожалуй, возьмём.

Мавна смутилась, когда поняла, что Царжа говорит о Смороднике.

После ухода Варде они снова переночевали в амбаре, но почему-то на этот раз оставаться вдвоём ей было неловко. Мавна долго крутилась в сене, а когда вышла подышать ночным воздухом, видела малиновое зарево за городскими стенами – что-то горело на болотах, принося с собой едкий запах дыма, и скоро ей стало жутко смотреть на алеющее небо.

Она поблагодарила Царжу и пообещала позже посмотреть комнаты. Хотелось ещё поговорить про то, что случилось с Варде, и про время, проведённое Царжей под болотами, в качестве жены царя, но Раско слишком настойчиво тянул вперёд. Пришлось пойти.

— Какие дома-а! – восхитился он на улице. Мавна боялась, что сейчас потащит её по переулкам, а потом они заблудятся и не смогут вернуться. Не выпуская руку Раско, она направила его в сторону конюшни.

— Пойдём лучше я тебя с лошадкой познакомлю. Её зовут Ласточка.

Раско вырвался и, продолжая выдувать из дудки что-то неблагозвучное, вприпрыжку побежал к стойлам.

В конюшне царил мягкий обволакивающий полумрак и было тихо, пока туда не вбежал Раско. Мавна погладила Ласточку по морде, заметив, что грива у лошадки тщательно расчёсана. Раско мельком посмотрел на лошадь, оглушительно дунул в дудку и побежал к соседнему стойлу, которое привлекло его гораздо больше – там Смородник чистил своего коня. Мавна сунула Ласточке булку, захваченную из своих вещей, и молча встала между двумя стойлами.