Книга Заклинатели, страница 207 – Анастасия Андрианова

— Я не просто спокоен, моя милая, – промурлыкал Вольфзунд, приобнимая Симонису за талию и кружа в импровизированном танце. – Я счастлив!

Симониса вырвалась, не позволяя себе насладиться его объятиями и резким пряным ароматом можжевельника, который вдруг стал таким сильным, что затмил даже запахи готовящихся зелий.

— Один момент, – вдруг спохватился Вольфзунд и снова повернулся к семье сорок.

Он запустил руку в карман и вынул связку самых разных ключей: больших и маленьких, ржавых и блестящих, простых и украшенных резьбой. Симониса вспомнила, у кого уже видела эту связку.

— Это же ключи Анса!

Вольфзунд повернулся к ней, приподняв бровь.

— Верно, лисичка. Отныне я сам себе ключник.

— А что с мальчиком? Ты не переместил его вместе со служанками в Птичьи Земли?

— Он сам сбежал, – улыбнулся Вольфзунд. – Горжусь им до безобразия. Представляешь, сколько мужества в немом смертном мальчишке? Улизнул из замка, не желая повиноваться захватчикам. И унёс все ключи с собой. – Вольфзунд довольно хохотнул. – Надеюсь, этим он доставил массу проблем отцовским прихвостням.

Симониса порадовалась, что Ансу удалось целым и невредимым выбраться из замка, но следом пришла какая-то неприятная мысль.

— Погоди, и где он сейчас? Он жив?

— Жив, не волнуйся, – успокоил её Вольфзунд. – Я освободил его от службы. Вернул его Аутем. И даже устроил на новую работу. Анс теперь прислуживает на кухне «Полумесяца», и, кажется, ему там нравится. Ну так вот, – Вольфзунд снова повернулся к угрюмым сорокам, жавшимся у стены. Судя по взглядам, они не питали к Владыке тёплых чувств, но долг заставлял их выполнять любую его прихоть.

— Что нам делать? – спросил мужчина.

Вольфзунд отделил от связки маленький изящный ключ и протянул сороке-матери. Она неохотно взяла ключик, рассмотрела и спрятала за пазухой.

— Слетай к замку, – обратился к ней Владыка. – Там, в высокой стеклянной башне, томится множество птиц. А на самой вершине башни есть окно, отпирающееся снаружи этим самым ключом – так, на всякий случай. Оно достаточно широкое, чтобы туда протиснулась даже самая крупная из запертых в башне птиц. Слетай туда ночью и отвори окно. Я не хочу, чтобы отцу достались мои продажники.

— Хорошо, – проговорила женщина-сорока.

Вольфзунд удовлетворённо кивнул и подскочил к стене, некогда заполненной сосудами с клубящимся туманом магии. Почти все ниши уже зияли пустотой, но кое-где ещё оставались поблёскивающие серебром бутыли. Вольфзунд схватил две бутылки и закинул их в огонь Всполоха. Симониса успела пригнуться и закрыть голову руками: вверх взметнулся сноп алых искр, и Вольфзунд ловко отскочил, продолжая странно ухмыляться.

— Я тебя сейчас выгоню! – разгневанно зашипела Симониса. – Что ты вытворяешь?! А если бы Всполох взорвался?! Мы бы все тут погибли, а Эллекен умер бы от смеха, узнав, что мы самоустранились глупейшим образом!

— Успокойся, лисичка. Разве твой повелитель когда-нибудь давал повод усомниться в нём?

Симониса уже открыла рот, чтобы перечислить все промахи Вольфзунда, но тот нетерпеливо отмахнулся и принялся с остервенением шептать наговор над огнём, заволакивая всё ежевичным дымом.

— Полагаю, это означает, что вы свободны, – вздохнула Симониса, поворачиваясь к сорокам. – Отдыхайте, пока Владыка не придумал вам новое задание.