Книга Заклинатели, страница 155 – Анастасия Андрианова

Ханер чаще, чем Кайл, уходил с моурами: контролировал их перемещения, следил, чтобы они не забегали далеко вперёд и не сеяли панику в городах раньше времени. Эти дежурства давались ему нелегко. Конюх осунулся, стал выглядеть болезненным и уставшим, белозубая улыбка всё реже появлялась на его лице.

На костре булькал котелок с куриной похлёбкой. У костра и в компании людей было теплее, и Кайл тянул руки к огню. От одежды почти сразу пошёл пар: иней на рукавах таял и испарялся.

— Чего он не наколдует нам нормальную хату? – проворчал один из новичков, крепкий парень с выпуклым лбом и растрёпанными волосами цвета соломы. Его щёки и нос были пунцовыми – то ли от холода, то ли он, наоборот, уже запарился, сидя у костра. – Говорил, что может всё. А мы ныкаемся по чужим дворам да кур воруем.

Некоторые согласно закивали.

— Это всё из-за глупых девок, – поддакнул тощий длинноволосый мальчишка. – Наплодили болот и хохочут. А вокруг дома оседают, в топь проваливаются, даже заночевать негде.

— Хватит молоть чепуху, – рыкнул Кайл. – Видели, что делают моуры с местными? Того же хотите?

За костром затихли. Из темноты послышалось девичье хихиканье – нежить всегда подслушивала, о чём говорят сборщики и непосвящённые Чернокнижники.

— Радуйтесь, что Владыка оставляет вас в живых. И даёт пищу и кров. Пока куриная похлёбка, костёр и сарай с худой крышей, но дальше будет лучше. Прекратите ныть и осмотритесь внимательно. Авенум уже близко, скоро мы будем ночевать в королевских палатах и жрать фазанов в шоколаде, – процедил Кайл, зло разломал хворостинку и швырнул в костёр.

— Не уверен, что фазаны в шоколаде – это вкусно, – проворчал Ханер.

Кайл подобрал толстую ветку и тоже отправил в огонь. Целый фонтан алых искр взвился в чёрное небо. Кайлу понравилось, как послушно все замолчали. Послушно или испуганно – без разницы. Пусть боятся и затыкаются, когда он этого хочет, а хозяин пускай видит, что без Кайла у него бы ничего не получилось.

Моуры бесновались в темноте, окружённые мерцающим туманом. Они прошли уже множество деревень и посёлков, везде оставляя заиндевевшие покосившиеся дома, увязшие в расползшихся болотах. Жильцов моуры утаскивали в чёрную жижу, и это происходило так стремительно, что каждая деревня заходилась криком буквально на несколько минут, а потом воцарялась тишина. Самая жуткая тишина на свете – безмолвие мёртвых.

Некоторых моуры оставляли в живых. Точнее, не по своему желанию, а по приказу Кайла и Ханера. Эллекену были нужны молодые и сильные юноши, способные сослужить ему службу. Кайл сначала опасался, что мальчишки не станут повиноваться тому, кто оставил их без семей и домов, но тёмная магия быстро делала своё дело. Эллекен дарил им силу – совсем немного, лишь один язычок серебряного пламени, который за мгновения выжигал из их сердец всю боль, всю тоску и всю любовь. И когда армия нежити перемещалась от одного разорённого городка к другим, ещё дышащим, ещё полным ничего не подозревающих смертных, служки Эллекена разбегались по окрестностям, чтобы принести ему охапки магических сгустков.

— Придём в Авенум, и хозяин выделит каждому хоромы, – мечтательно протянул Гежед, нескладный парнишка с вечно сопливым носом. Он что-то чертил палочкой на земле и тут же яростно стирал ногой. – Он может, да? Он всё что хошь может. Вон девок голых наколдовал – и дома, значит, наколдует.